– Очень хорошо, – услышала Марта Джонатана, – а теперь пошли.

Биотанк с крапинками на боку принялся медленно разворачиваться, перебирая лапами, за ним сдвинулись с места другие.

– За мной! – скомандовала Марта, приподнимаясь.

– Уже уходим? – оскалился Санчес.

– Хочешь остаться и сразиться с ними голыми руками? – спросила она. – На здоровье! А мы уберемся на Нифелгейм!

Земля под ногами дрогнула и закачалась – огромная приливная волна, создаваемая тяготением двух звезд и трех спутников, обошла вокруг Лониса и вернулась туда, где вело бой последнее соединение форсеров на планете.

Они бежали, перескакивая через трещины, с натужным треском ползли танки, а пластобетон ходил ходуном, вспучивался и проваливался. Лес на обочинах казался скопищем пьяных великанов – деревья шатались, трясли верхушками, издавая надсадный скрип. Над кронами с резкими криками вились летучие твари.

Когда стал виден портал, Марта перестала чувствовать ноги. Они словно исчезли, оставив вместо себя тяжелые, неуправляемые, деревянные приставки.

– Добрались, – прохрипел Санчес, оглядываясь. – Надеюсь, люди за нами не идут?

Первый из биотанков нырнул в установленный на специальной платформе портал, голубое сияние моргнуло, показывая, что канал связи работает нестабильно.

На одно лишь мгновение Марта по-настоящему испугалась, что портал закроется…

Но они пробежали мимо остатков вала, вслед за биотанком поднялись по пандусу и оказались на платформе, всего в двух шагах от спасительной пелены, ведущей на другую планету.

Марта шагнула через портал, почувствовала, как увеличенная сила тяжести прижимает к земле, а легкие начинают перестраиваться на куда меньшее количество кислорода в воздухе. Налетевший порыв ветра швырнул в лицо песок, яростно взвыл в ушах.

Нифелгейм встречал, по обыкновению, бурей.

Около транспортеров, далеко от обиталища хищников и прочей злобной нечисти, лес выглядел обычно, вполне по-земному. Порхали существа, отличающиеся от птиц чешуйчатыми крыльями, что-то чирикало и свиристело в кронах, скакали по веткам розовые «обезьяны».

Пост Роберта и Трэджана находился в самом хвосте растянувшейся по просеке колонны, в густых кустах у подножия большого дерева.

За те три часа, что они проторчали тут, не случилось ничего интересного, если не считать падения отломившейся ветки и попытки одной из местных тварей усесться прямо на гребень шлема Роберта.

Когда в наушниках прозвучал голос Бьерна, а из зарослей за спиной донеслось шуршание, оба с облегчением вздохнули.

– Не заснули? – спросил, выбираясь к дереву, Тимур.

За его спиной маячила сутулая фигура Мурада.

– Я – нет, а вот этот храпел на весь лес, – гордо сказал Трэджан. – Ну, мы пошли. Как там? Пост сдал – пост принял.

Тимур и Мурад принялись устраиваться у дерева, а приятели зашагали туда, где около одного из транспортеров сидели и лежали свободные от дежурства солдаты. Третья рота провела на месте всю ночь, охраняя машины, а остатки полка все это время медленно двигались через лес, отбиваясь от непрерывных атак.

– Какие новости? – спросил Роберт, ответив на приветственные кивки.

– Если ты насчет наших, то они, судя по словам капитана, скоро должны быть, – сказал Бьерн. – А в общем, все не очень здорово. Я разговаривал со старшим колонны, у него в транспортере мощный приемник. Так вот, по уточненной информации, таких гнезд, что мы вчера пытались штурмовать, на Диадеме много, и в каждом многие тысячи хищников.

– Не может быть! – Роберт покачал головой.

– Сведения обрывочные, но эти парни, пока тут скучали, слушали и мозгами шевелили. Вчера третий и второй полки «Цезаря» потерпели поражение при попытке отвоевать Парадиз, а пятый оказался уничтожен почти целиком.

– Что же теперь будет, вразуми нас Единый? – вздохнул Шриван.

– Вот уж не знаю, – ответил сержант. – Но вряд ли пикник с шампанским, мороженым и девочками.

– Подъем. – Голос капитана Цая прозвучал в наушниках всех шлемов одновременно. – До подхода основных сил десять минут, до погрузки в транспортеры – пятнадцать, до отправления – двадцать.

– Удираем? – прямо спросил Роберт у Бьерна.

– Не без этого, – ответил тот. – Встаем, живо! Скоро из чащи явится полковник, а вы так и будете валяться?

Солдаты поднимались, неспешно выстраивались в шеренгу.

Из леса донесся похожий на выстрел треск сломанной ветки, между стволов замелькали людские фигуры.

Выходящие из леса солдаты напоминали скорее тени, а не живых людей. Многие еле брели, спотыкались на каждом шагу. Под шлемами виднелись бледные, изможденные лица.