— В чем дело?

— Меняло сих пор преследует сине-зеленый «кадиллак».

— Хочешь, чтобы я узнал, кто за этим стоит? — радостно спросил Уин.

— Вроде того.

— Чудесно!

— Но разборки устраивай только в моем присутствии.

— Не доверяешь фамильному здравомыслию Локвудов?

— Только в моем присутствии, ладно? — повторил Майрон.

Уин пожал плечами.

— Как прошла встреча с ван Слайками?

— Познакомился с Кеннетом. Мы сразу нашли общий язык.

— Представляю…

— Ты его знаешь? — поинтересовался Майрон.

— О да!

— Он действительно такой кретин, каким кажется?

— Да уж, кретин невероятный.

— Можешь его проверить?

— Естественно. Что еще удалось выяснить?

Майрон рассказал о поездке к ван Слайкам и разговоре с Джейком.

— Становится все любопытнее и любопытнее, — дослушав, заметил финансовый консультант.

— Да…

— Чем займемся дальше?

— Мне хотелось бы рассмотреть это дело с разных сторон.

— Например?

— Например, потолковать с психиатром Валери.

— Он начнет открещиваться понятиями вроде «профессиональная этика» и «врачебная тайна», — махнул рукой Уин. — Пустая трата времени. Что еще?

— Кертиса Йеллера застрелили на глазах у матери, которая одновременно является тетей Эррола Суэйда. Вдруг у нее есть собственные мысли по этому поводу?

— А именно?

— А именно ей может быть известно, что случилось с Эрролом.

— Надеешься, что она тебе расскажет?

— Кто знает…

Уин поморщился.

— По сути, план подразумевает беспомощное барахтанье в море неизвестности.

— Да, пожалуй. Еще придется поговорить с сенатором Кроссом. Устроишь?

— Попробую, — вяло кивнул Локвуд. — Но от него тоже ничего не узнаешь.

— Слушай, сегодня ты прямо-таки излучаешь оптимизм.

— Просто говорю, как есть.

— В «Плазе» удалось что-нибудь выяснить?

— Кстати, да. — Откинувшись на спинку кресла, Уин соединил пальцы домиком. — За последние три дня Валери сделала из своего номера лишь четыре звонка, и все в твой офис.

— Один, чтобы назначить встречу, и еще три в день гибели.

Локвуд даже присвистнул.

— Ты делаешь заметные успехи: сначала догадался, что Кеннет — кретин, а теперь это…

— Ага, порой у самого дух захватывает.

— Портье из «Плазы» неплохо помнит Валери, — продолжал Уин, — а получив на чай двадцать долларов, рассказал, что девушка уходила часто, но ненадолго. Это показалось любопытным, потому что обычно гости покидают отель на несколько часов, а не на несколько минут.

У Майрона даже сердце всколыхнулось.

— Она пользовалась таксофоном. Локвуд кивнул.

— Я позвонил Лизе из «Найнекса». [15] Кстати, ты ей должен два билета на чемпионат.

Вот здорово…

— Что выяснила Лиза?

— За день до убийства мисс Симпсон с таксофона на углу Пятой авеню и Пятьдесят девятой улицы сделала два звонка на домашний номер некоего Дуэйна Ричвуда.

У спортивного агента потемнело перед глазами.

— О черт!

— В самом деле…

— Выходит, Валери не только звонила Дуэйну, но и старалась сохранить это в тайне.

— Получается так.

Болитар молчал.

— Тебе придется с ним поговорить, — заметил Уин.

— Знаю.

— Дождемся окончания турнира, — поспешно добавил Локвуд. — Побеседуете между чемпионатом и рекламной кампанией «Найк», сейчас его тревожить совершенно ник чему.

Спортивный агент покачал головой.

— Мы поговорим завтра, после матча.

Метрдотель «Ла Резерв» Франсуа висел над столиком, словно гриф над издыхающим зверем или, еще хуже, словно нью-йоркский метрдотель в ожидании крупных чаевых. Выяснив, что Майрон — близкий друг Уиндзора Хорна Локвуда-третьего, Франсуа полюбил его той же любовью, какой бездомные собаки любят человека, в кармане у которого кусок сырого мяса.

На закуску он предложил карпаччо из лосося, а в качестве главного блюда — треску под фирменным соусом. Майрон последовал обоим советам, так же как и неразговорчивая миссис Крейн. Мистер Крейн заказал луковый суп и печень — так, с этим лучше не целоваться, а Эдди — улиток и хвосты омаров. Парень быстро учится!

— Мистер Болитар, — вкрадчиво начал Франсуа, — позволите порекомендовать вам вино?

— Да, конечно.

Ну вот, пятьдесят пять долларов коту под хвост…

Мистер Крейн поднес бокал ко рту и одобрительно кивнул. Надо же, не улыбнется, парой слов не перекинется! К счастью для Майрона, Эдди оказался отличным парнем: умным, вежливым, приятным в общении. Однако всякий раз, когда отец кашлял, чтобы прочистить горло, что случалось довольно часто, юный теннисист замолкал.