– О! – победно воскликнула Лилли. – Это же Финн О'Киффи. И мне кажется, Сил, что под этой дерюгой он голый, как в день собственного рождения.

Двенадцатилетняя Лилли с интересом смотрела на мальчика. Она давно знала Финна О'Киффи. Они родились в одном и том же месяце и в одном и том же году.

Знала она и его брата, Дэниела, совершенно не похожего на Финна. Хотя тоже красивого. Она слышала, что он такой же задира, как она сама.

Она искоса взглянула на сестру:

– Ты, в самом деле, хочешь, чтобы он тебе сплясал?

– О, да, да! Да, пожалуйста!

Сил энергично откинула упавшие на лицо рыжие волосы.

– Он может сплясать, Лилли?

Лилли выпрямилась в седле и гордо вскинула подбородок. Снова ткнув Финна в бок рукоятью плетки, она проговорила:

– Пляши, Финн О'Киффи. Пляши, как дрессированный медведь, для моей маленькой сестренки.

Глаза Финна запылали гневом.

– Я не буду плясать, как медведь, ни для мисс Сил, ни для кого другого! – выкрикнул он.

– Э, нет уж, спляшешь! – поддразнивая, наклонилась Лилли в седле в его сторону. – Я тебе приказываю.

– Пляши, пляши, пляши! – нараспев требовала Сил, все больше возбуждаясь. – Пляши, мой медвежонок!

Финн посмотрел на нее и смягчился. Она же маленькая девочка. Да к тому же дочка его светлости. Что плохого в том, если он ее повеселит? Плотнее затянув вокруг себя мешковину, он стал медленно кружиться посередине дороги.

Сил хлопала в ладоши, а Лилли смеялась.

– Быстрее! – кричала она. – Быстрее, пляшущий медведь!

– Больше не буду! – сказал он, задетый ее смехом. – Я хотел доставить удовольствие маленькой.

Он гневно отвернулся, чтобы не видеть ее насмешливых глаз, и зашагал к дому.

– Я не отпускала тебя, Финн О'Киффи, – окликнула его Лилли.

– Я сказал, больше плясать не буду! – со злостью крикнул он через плечо.

Услышав за спиной топот копыт взявшей в галоп лошади, он обернулся как раз в тот момент, когда Лилли с ним поравнялась. Наклонившись в седле, она вытянула руку, схватила мешковину и сорвала ее с Финна, оставив его голым посреди дороги.

– Иисусе! – воскликнул он, прикрываясь обеими руками.

Лилли победоносно крутила дерюгу над головой.

– Господи Иисусе! Мисс Лилли! – Он согнулся и со всех ног помчался к дому.

– Не рассказывай никому об этом, – предупредила сестру Лилли, когда они повернули к конюшне.

– Почему? – невинным голосом спросила Сил.

– Потому что папе это не понравится, – объяснила та, теперь несколько смущенная.

Конюх в принятой у Молино форме – бело-зеленой полосатой рубашке, в зеленой куртке и бежевых бриджах, подбежал, чтобы помочь ей слезть с лошади, но Лилли обошлась без него. Она легко спрыгнула с седла и зашагала через двор, а за нею уже бежала Сил. Проходя мимо кучи навоза, Лилли нахмурилась.

– Какая вонь! – с отвращением заметила она. И обвела взглядом Дэниела, грязного и лохматого, пристально смотревшего на нее, опершись на вилы. – Немедленно это убрать, – распорядилась она, – иначе, когда вернется отец, я скажу ему, что на конном дворе беспорядок.

– Второй раз сегодня жалуются на вонь вокруг нас, – беззубо улыбнувшись, заметил Пэдди.

– В последний раз! – словно поклялся себе Дэн, провожая злым взглядом Лилли и думая о том, какую заносчивую и властную принцессу она из себя строила и что, будь он ее отцом, он давно отшлепал бы ее.

Лилли шагала по выложенному плиткой коридору в сопровождении Сил. Они поднялись по широкой винтовой лестнице на второй этаж и прошли через длинную галерею, стены которой были украшены мраморными панелями с резными барельефами, изображавшими римских императоров и греческих воинов; выше на темно-зеленом фоне висели писанные маслом картины.

Эти двери внезапно распахнулись, и перед ними оказалась женщина с недовольным лицом.

– Так вот вы где! – сердито воскликнула она. – Я искала вас повсюду.

– Мы только что вернулись с прогулки верхом, мисс Найтингейл, – объяснила Лилли, заискивающе улыбаясь гувернантке. – Мы вам нужны?

Мисс Найтингейл сердито фыркнула, и глаза ее затуманились слезами.

– Вы прекрасно знаете, что вас ожидали уроки. А теперь – взгляните-ка на часы – уже утро кончается.

– Не для меня, мисс Найтингейл, – пропела Лилли и, увернувшись от гувернантки, помчалась по другому, более узкому коридору, в свою комнату. Бросившись на кровать, она заболтала в воздухе ногами и разразилась смехом, вспоминая о том, как Финн О'Киффи, словно дрессированный медведь, плясал по ее команде, а затем убегал от них голышом со всех ног.