Абу-Нидаль силился понять: радоваться ему этой безумной идее или огорчаться оттого, что человек, на которого возлагались надежды, не оправдал их, оказался авантюристом, занимающимся пустым прожектерством. Возможно, не стоило тратить время и деньги на встречу с ним.

– Поясните вашу мысль, – как никогда серьезно произнес Абу-Нидаль.

– Мой агент в России вышел на человека, располагающего данными о наличии в Москве секретной шахтной установки с межконтинентальной баллистической ракетой. Нет сомнений, что она нацелена на Америку. По нашим данным, ракета имеет ядерную боеголовку с разделяющимися частями, – раскрыл карты Ашраф. – До принятия решения контакты с информатором заморожены.

– Кого он завербовал? – восхищенно спросил Абу-Нидаль, подразумевая фигуру не меньше генерала или офицера Генштаба.

– Бывшего прапорщика, работавшего в той шахте, – пояснил Салим.

– А если это приманка русской контрразведки? – насторожился посланник дядюшки Бена. – Не слишком ли просто?

– Мои люди все тщательно проверили, – заверил Ашраф. – Провокация исключена. Благоприятные обстоятельства возникли совершенно случайно из-за излишней болтливости шурави. А потом мы создали условия для первого контакта. К тому же агент говорил не только о ракете, но и о эвакуационной системе правительства. Это может представлять интерес не только для нас, но для наших партнеров.

– Вопрос в другом -. насколько верна полученная информация? Вы верите в такую возможность? – скептически спросил Абу-Нидаль.

– Почему нет?

Ашраф шел ва-банк.

– Со стратегической точки зрения пусковые шахты в Москве – полная нелепица. Американские ракеты первую очередь нацелены не на Путина или Кремль, а на шахты баллистических ракет, чтобы уничтожить их еще до пуска. Кто первый выбьет оружие из рук противника – тот и победит. Так зачем же рядом с Кремлем устраивать явную мишень, по которой, в случае возникновения «Кубинского ракетного кризиса-2» [7] , будет заведомо нанесен первый удар?

– Московские ракеты не что иное, как оружие отчаяния руководства бывшего СССР, – пояснил Ашраф.– Оно предназначено не для обороны, а для мести, и с этим желанием Политбюро мы солидарны. Что касается вопроса – зачем, то ответ на него прост, как пустынный песок. О существовании московских ракет не знает никто в мире! Советы были большими спецами по части конспирации и мистификации – вспомните хотя бы тайную переброску ракет на Кубу под носом у янки. Московские шахты строил КГБ и метрострой и, будьте уверены, под хорошей легендой и соответствующей маскировкой. Я не вижу в этом технических трудностей. Строительство секретных тоннелей велось закрытым методом, как тоннель под Ла-Маншем. Одновременно могли строиться и пусковые шахты.

– Но заправка, хранение топлива и прочее?!– засомневался Абу-Нидаль. – Разве это не технические трудности? Я не специалист, но как можно незаметно осуществлять операции обслуживания баллистической ракеты в городе?

– Ваше представление о ракетах устарело, – улыбнулся Ашраф. – Если вы имеете в виду железнодорожные цистерны с горючим и окислителем, то ничего этого не требуется. Это же не «Шатл» и не «Союз». Насколько мне известно, ракеты русских довольно неприхотливы и, находясь в шахте, требуют не большего обслуживания, чем ваш автомобиль. Так что даже из космоса американцы вряд ли могли что-то засечь: мало ли в городе строек! Да и в голову это никому не придет – вот в чем интрига! Если информация подтвердится – мы захватим шахту, кто бы ее ни охранял, и произведем пуск. Даже с обычной боеголовкой эффект от попадания ракеты в густонаселенный город Америки будет потрясающим. В случае ядерного удара Штаты встанут на колени, и им не останется выбора. Если же ракета русских имеет разделяющуюся атомную боеголовку, то с карты Америки исчезнут сразу несколько городов, а возможно, и она сама. Из последующего экономического кризиса Америке не выбраться! Доллар уже сейчас слабеет!

Свежей идеей, способной перечеркнуть масштаб теракта 11 сентября и столкнуть атомными лбами двух врагов «Аль-Каиды», Абу-Нидаль заинтересовался. Многие террористы мира и правительства стран, так называемых изгоев, пытаются заполучить ядерное оружие, но никто из них не додумался до использования чужого.

– При всех плюсах у вашей идеи имеются серьезные минусы, – заметил Абу-Нидаль. – Американская ПВО может сбить ракету, а ядерные заряды не только хорошо охраняются, но имеют и системы защиты. Даже в случае захвата шахтной установки вы не сможете запустить ракету. Ее можно лишь уничтожить.

– В данном случае обстоятельства иные, – не согласился Ашраф. – Оружие возмездия не может иметь такое же количество блокировок, как и военные ракеты, иначе в час «X», когда первый удар уже нанесен или ракеты противника на подлете, для прохождения всей цепочки команд и подтверждений не хватит времени. Только поэтому секретные шахты доверены КГБ, а не Министерству обороны. К тому же в наших руках имеется надежная нить, ведущая к специалистам, работавшим на этой шахте и точно знающим, как осуществить пуск. Подлетное время ракеты невелико, поэтому сбить ее достаточно проблематично. Что касается непосредственных исполнителей, то, полагаю, своими силами нам не обойтись. В то же время я не слишком доверяю чеченцам. Печальный опыт Бараева в Москве только утвердил это мнение.

– Пример «Норд-Оста» неоднозначен, – не согласился Абу-Нидаль. – Их гибель – тоже победа, не сравнимая по масштабу ни с одним палестинским терактом. Когда шахид взрывает себя в автобусе или магазине, заказчики акции могут лишь заявить название организации, взявшей на себя ответственность. Задача, поставленная в «Норд-Осте», выполнена на триста процентов. Все вспомнили о Чечне, прошли два митинга, один на Красной площади, все мировые СМИ транслировали акцию в онлайне, рекламируя возможности Чечни. И, наконец, шахиды Бараева забрали с собой такое количество «крестоносцев», что прославили себя на поколения вперед. Не нужно слушать, что говорят СМИ и власти. Надо анализировать результаты и делать выводы. Решительный шаг выявил возможности подобных операций, слабые места спецслужб, их методы работы, реакцию властей, СМИ и населения. Наконец, ответные шаги. Эта информация бесценна, а успех всегда нуждается в закреплении.