Уже уходя, Айгуль спросила потухшим голосом:

– А телефона там нет?

Администраторше своих дел хватало, и в другой раз она бы просто послала ее подальше, но то ли голос на нее подействовал, то ли скромная одежда женщины. Она порылась в тетрадке и нашла номер.

По несчастливому стечению обстоятельств чеченцы получили номер, принадлежавший Миролюбской – подруге повара, у которой парень жил все последнее время.

Айгуль ушла.

К администраторше подошел работник ресторана.

– Кто такая? – спросил он, указав на дверь.

– А! – скривилась администраторша. – Сестра Рогожкина – адрес его спрашивала! Мужик догадался обо всем.
–

– Спаси-ибо-о! – пропел он. – Я отлучусь минут на дцать?

– Давай, – разрешила женщина. – Только чтоб трезвяк!

– Обижаешь! Я на тачке!

Выскочив на улицу следом, мужчина нашел в толпе Айгуль, садившуюся в машину. Не теряя времени, он прыгнул в свою «пятерку» и выехал за ней. По дороге он позвонил Жмыху.

– Колян, готовь стольник баксов! – радостно сказал он. – Приходила какая-то баба, взяла адрес повара.

– Молодец, братан! – похвалил Жмых.

– Правда, тут дура одна влезла и телефон девки Рогожкина, у которой он ошивается, тоже дала.

– Дура! – со злостью выцедил бандит. – Баба одна?

– Нет, в тачке с ней два хачика! Я уже еду за ними!

– Отлично! Смотри в оба! – велел Жмых.

Он перезвонил Хасану и со значением спросил:

– Ну что – мочить их сразу будем или как?

– Торопиться не надо! – рявкнул Хасан. – Убить их одних слишком просто и мало. Мы выведем все осиное гнездо. Заодно и родине поможем от них избавиться! Узнайте все!

Чеченцы проехали по проспекту, выехали на Садовое, попетляли и, добравшись до нужного места, остановились. На три машины позади притормозил и шпион Жмыха. Ему нужно выяснить, куда кавказцы отправятся, где живут, где отдыхают. Хоть что-то из этого списка. За это Жмых заплатит еще.

– Если схватят – нажми кнопку, – напутствовал Аслан. – А если нормально – зайди, где людей больше, и нажми кнопку.

Женщина вышла из машины, вписалась в людской поток на тротуаре и пошла, отсчитывая последние шаги. О чем она думала? 0 рае, который обещали ей после смерти. А может, о двадцати тысячах долларов, которые получат ее родители?

Приговоренная шахидка шла по тротуару, глядя себе под ноги, не оборачиваясь и не поднимая головы. Иногда смотрела в лица идущих навстречу. У них на родине у людей совсем другие лица.

Вдруг у тротуара, рядом с Айгуль, резко затормозил «Мерседес». Двери распахнулись. Из машины вышли четверо в костюмах и галстуках…

«ФСБ!…» – шарахнуло миной в мозгу, разорвав слово на буквы.

Шахидка заметалась. Она сошла на дорогу, остановилась. Снова к тротуару… Пошла медленно… Остановилась в нерешительности…

Люди спешили, обходя ее стороной. Айгуль поняла, что обратной дороги нет. У Аслана тоже есть пульт, и он нажмет кнопку, если заметит нерешительность или испуг.

Вспотевшая рука нащупала выключатель. Он показался ей раскаленным докрасна и жег пальцы.

Женщина подумала, что задыхается. Кто-то за нее шевельнул ее рукой, заставив палец до синевы вдавиться в кнопку.

Раздался оглушительный треск, которого шахидка не слышала. Разорванное на куски тело разлеталось во все стороны вместе с болтами, гайками и рублеными гвоздями.

Вокруг слышался звон стекла, людские крики ужаса, стоны раненых, детский плач, вой сирен.

Асфальт краснел, как заря.

Источая чадящий черный дым, у тротуара горел изрешеченный «Мерседес». На асфальте лежали окровавленные люди. Кто-то двигался, пытаясь себе помочь или хотя бы понять, что с ним произошло, кто-то не шевелился.

«Скорые помощи» планомерно и размеренно подгоняли кареты, увозя пострадавших… Милиция оцепила место трагедии. Правоохранительные органы начали рутинную работу. Московский мэр произнес соответствующую моменту речь. Воспользовавшись моментом, на время проснулись от спячки и зачесали языками по телерадиоприемникам красно-бело-сине-коричневые слуги народа из Охотного Ряда.

Только родственники погибших их не слушали. Они плакали, жгли свечи на асфальте, молились покинувшему землю богу и… на что-то надеялись.

От шахидки остался паспорт, который позже приобщили к вещественным доказательствам по уголовному делу о теракте.

Пораженный увиденным, жмыховский шпион не сразу сообразил, что делать. Увидев отъезжавших чеченцев, он неуклюже поспешил за ними. На ходу он набрал Жмыха и взволнованно прокричал:

– Они свою бабу на площади взорвали! Представляешь! Включай радио! Это террористы! Я еду за этими сволочами!