Но ненавидели мамули почему-то всегда и всюду именно Аньку, которая ничего плохого их сыночкам не делала, только влюбляла в себя этих простодушных чебурашек. Так что настороженное отношение Аньки к ее будущей потенциальной свекрови и возможным козням с ее стороны подруги прекрасно понимали. И от души сочувствовали подруге.

— Ничем она не хуже иных женщин, — пробормотала Инна, и Мариша согласно кивнула.

И в самом деле, мужьям своим Анька особенно никогда не изменяла. Если и гуляла, то они первые же об этом узнавали и могли предпринять какие-то контрмеры. Готовить Анька со временем научилась вполне сносно, во всяком случае рост ее кулинарных способностей рос от одного замужества к другому. А нет, так мама ее готовила так, что пальчики оближешь. Не работала Анька уже почти десять лет? Но вот уж это точно пустяки! Для женщины работать — это совсем даже и не обязательно.

И чего потенциальным свекровям еще было нужно? Тем более что и товар они предоставляли, не сказать, чтобы такой уж качественный. Зачастую так и вовсе с брачком. Первый Анькин муж был гулена, второй — пьяница.

— Но вы меня не слушаете! — отвлекла Анька подруг от их воспоминаний. — На этот раз все было наоборот. Ратушев сказал, что я единственная женщина, на которой он согласен жениться, а его мамуля ни гу-гу. Представляете?

— Что, даже не сказала, чтобы Ратушев потом бы не приходил к ней и не жаловался на свой неудачный выбор? — не поверила ей Инна.

— Нет! Напротив, сказала, что будет только счастлива такой невестке.

— А что Ратушев?

— Он на работу смылся сразу же.

— А ты?

— Я с его маман на даче осталась. И между прочим, достойная женщина. Даже удивительно, я раньше думала, что все матери мальчиков жутко вредные. А эта просто ангел!

— И что? Когда свадьба?

— Погодите вы! — захихикала Анька. — Вечером Ратушев вернулся за мной. И мама его снова отвела в кухню.

— И что?

— На этот раз я подслушивать не стала. И так ясно, что она мне там дифирамбы пела. Потому что Ратушев вышел такой счастливый и сияющий, что сразу было ясно, она дала ему свое добро.

— Класс! — завопили подруги разом. — Умеешь ты, Анька, свои дела обстряпывать! Не успела одного схоронить, как уже другой на подхвате!

Анька внезапно помрачнела.

— Мне Ратушев только потом сказал, что вчера Геру хоронили, — сказала она. — Представляете, как нехорошо получилось. Я с его маман любезничаю, а бедного Геру в это время закапывают.

И голос ее прервался. А в телефоне раздались сдавленные рыдания. Подруги прямо и не знали, как ее утешить.

— Ну, учитывая, сколько у Геры было любовниц, я бы на твоем месте не стала так убиваться, — ляпнула наконец Мариша. — Честное слово, ему там на кладбище было не одиноко.

— Целый гарем пришел по нему рыдать.

— И все девушки? — хлюпнула носом Аня.

— Ага.

— Симпатичные?

— Ну, не очень. Куда им до тебя!

Аня шмыгнула носом в последний раз и, слегка повеселев, произнесла:

— А знаете, что мне еще Ратушев сказал?

— Что?

— Оказывается, отдел экономической безопасности держал Геру в разработке.

— Какой отдел? Зачем он держал Геру? В какой разработке?

Аня смутилась.

— Честно говоря, я точно не поняла.

— Ну да! Чтобы ты и чего-то не поняла!

Комплимент оказал на Аньку свое обычное магическое действие. Она приободрилась и уже более уверенным голосом добавила:

— Через Геру и Стеллу шли огромные деньги. И Петечка сказал, что Гера часть этих денежек утаивал для себя. Не сам, а с помощью Стеллы.

И не дождавшись от подруг ответа, Аня добавила:

— Но теперь-то уж, сами понимаете, концов не найти. Гера убит. Стелла тоже. И никто не сможет ничего опровергнуть или доказать. Да и украденные деньги не вернуть. Ходили слухи, что Гера за последнее время приобрел кучу страшно раритетного и потому дорогущего антиквариата. Но это всего лишь слухи. И опять же, где его этот антиквариат искать? И как потом доказать, что он был куплен на грязные деньги? А бандитам и вообще труба. Ни денег, ни Геры.

— То есть смерть Геры была одинаково невыгодна всем? — удивилась Мариша. — И бандитам, и милиции?

— Да!

— То есть, бандиты его убить не могли?

— До того как он вернул бы им все утаенные от них денежки? Они же не дураки!

— Слушай, а как эти люди из отдела экономических нарушений вышли на Геру?

— Вот этого я не знаю, — призналась Аня и тут же поспешно добавила: — И не потому, что не сумела выпытать у Петечки. Просто он и сам ничего толком не знает. Те ребята из отдела по борьбе с преступностью в сфере экономики, они же числятся не в милиции.

— Нет?

— Это совсем другое ведомство. И у Петечки там хороших приятелей, кто мог бы его посвятить в детали, тоже нет.

— И что же, он совсем ничего не знает?

— Только то, что к Гере было решено подобраться через женщину. Агент должна была занять место кого-нибудь из его любовниц. Но кто именно была та женщина, Петечка понятия не имеет.

— А он не намекал, что это могла быть ты?

Аня долго молчала, осмысливая услышанное.

— Ты хочешь сказать, что этот Петяра вовсе не влюбился в меня? — сделала она неожиданный вывод. — Что он просто раскручивал меня, чтобы я взяла его к себе в отдел? Боже мой!