До сих пор Лев Зосимович не верил, что такое возможно.

– Стой! – крикнул он. – Стой, дурак! Куда ты собрался?

Артист поднял вверх мокрое от дождя лицо и оскалился. Останавливаться он не собирался.

– Стой! Стрелять буду!

Не оглядываясь, артист показал начальнику средний палец правой руки. И тогда Лев Зосимович выстрелил.

– До сих пор не понимаю, как меня угораздило промахнуться! В части на войне я одним из лучших стрелков был. С десяти десять выбивал. А тут и расстояние было небольшое, а промахнулся! И ведь как промахнулся! Ладно бы мимо. А то ведь прямо в хребет парню угодил.

– И он умер?

– На месте, – подтвердил Лев Зосимович. – До больницы довезти не успели.

– И что было дальше?

– Что дальше? Ничего хорошего не было.

Эта история получила широкую огласку. О ней писали все газеты. Да еще Лев Зосимович имел неприятности с трибуналом, который долго и скрупулезно разбирал его дело.

– Меня полностью оправдали. Я все сделал согласно инструкции. Побег организовывали с воли. Так что, если бы не тот парень, что вовремя мне стукнул, побег удался бы.

– А как звали доносчика?

– Имени я его не помню. А кличку помню. Шакал.

Подруги переглянулись. Два совпадения есть. Шакал и Лев! А как же третий?

– А Удав?

– Удав состоял в любовной связи с той самой поварихой, которая и подсыпала слабительное в чай, – глухо произнес Лев Зосимович. – Думаю, что она сделала это не по своей воле. Ее уговорил любовник.

Все! Есть! Все трое погибших, тела которых были найдены в клетках с животными, являлись близкими друзьями Шакала, Удава и Льва.

– Есть! – ликовала Инна. – Совпало.

– Что есть? Почему пострадали не Лев Зосимович и эти… как их там… Шакал с Удавом? Почему пострадали совершенно посторонние люди?

– Не такие уж они и посторонние, – возразила Инна. – У Льва Зосимовича погиб его боевой друг, спасший ему когда-то жизнь. У Шакала погиб его друг из детского дома – побратим. А у Удава…

– А у Удава погиб Кирилл, – фыркнула Мариша. – Скажи еще, что эти двое питали симпатию друг к другу.

– Насчет Кирилла и правда неувязочка вышла. Удаву от его смерти ни горячо, ни холодно. Но с остальными – прямое попадание.

– Ты хочешь сказать, что спустя столько лет кто-то принялся мстить за смерть певца? Клестова?

– Да.

– Но убивать этот ненормальный стал не прямых виновников, а их близких друзей?

– Точно.

– Это невозможно!

– Возможно или нет, а я тебе скажу кое-что другое.

– Что?

– Нам нужно поговорить с адвокатом, который занимается делом о наследстве дяди Кирилла.

– Зачем?

– Затем, чтобы узнать точно, давал он Кириллу наличные деньги или нет.

– А это важно?

– Думаю, что да.

Но толком подругам обсудить этот вопрос не удалось. У Мариши запиликал телефон. Она взяла трубку и расплылась в улыбке.

– Конечно, я вас узнала! Как дела?

И, прикрыв трубку рукой, прошептала Инне:

– Это наш следователь. Пятаков.

– Я вас внимательно слушаю, – сказала в трубку Мариша.

– Вы можете подъехать ко мне? Прямо сейчас. Поверьте, я не стал бы вас просить об одолжении, но это и в самом деле очень важно.

Тон у следователя был серьезный и какой-то растерянный одновременно.

– Конечно, мы подъедем! Только вначале скажите, что случилось?

– В грибах, которые вы мне принесли, обнаружены токсины, и в таком количестве, что можно отправить человека на тот свет.

– Я так и знала!

– И в связи с этим я вас прошу приехать ко мне и дать подробные показания, как, где и при каких обстоятельствах были обнаружены эти грибы.

Тон следователя Марише совсем не понравился. Уж не собирается ли он, чего доброго, спихнуть на них убийство Кирилла? Нет, не может такого быть. Они со следователем лучшие друзья. Ну, конечно, эти грибы лишь повод, чтобы увидеть Маришу. Он же и без ее показаний может провести арест коварной убийцы. Просто он хочет, чтобы Мариша приехала к нему. Хочет увидеть ее глаза! Услышать ее голос! Совершенно ясно, что он на нее запал. И вполне вероятно, что уже сегодня пригласит ее на свидание!

Мариша даже улыбалась, чем вызвала удивленные взгляды жены Льва Зосимовича, которого как раз в этот момент уносили на носилках.

Однако истинное положение дел немного отличалось от той радужной картины, которую нарисовала себе в мечтах Мариша. Следователь выглядел угрюмым. Разговаривал он с подругами очень сухо. Не скрыл от них и того обстоятельства, что если грибы при обыске в квартире Катиной мамы не будут найдены, то им обеим здорово не поздоровится.

Это заставило Маришу поспешно схватиться за телефонную трубку.