Узел распустить не удалось, лишь отдельные пряди торчали во все стороны, как у пугала. Лицо было мокрым от слез. Не отпуская вешалку, я кое-как вытерла глаза тыльной стороной запястья. Энн проворно отодвинула в сторону свисавшее с вешалки бежевое платье.

— Не закапайте слезами «Армани»! — ядовито бросила она.

— Знаете что, носите это сами, — сунула я платье ей в руки, — на здоровье. — И, ни прибавив больше ни слова, развернулась и ушла.

Зайдя в кафе на первом этаже, я заказала горячий шоколад и выпила его, вынимая из волос оставшиеся шпильки. Затем заказала еще чашку, на этот раз с пончиком. Через некоторое время углеводы осели в желудке приятным плотным слоем, и мне стало лучше. Должен быть выход, должен… Я буду работать эти двое суток, найду решение и спасу свой отдел!

Запищавший в кармане телефон прервал мои размышления. Вынув сотовый, я увидела сообщение от Эрика:

Я растроганно смотрела на весточку от мужа. Меня затопила волна нежности — Эрик меня любит. Он заботится обо мне! Я набрала;

Не совсем правда, зато в нужном ключе. Немедленно пришел ответ:

Я знала, что в браке есть смысл. И этот смысл заключается в том, что, когда жизнь превращается в полное дерьмо, есть кому позаботиться о тебе и приободрить. Простое составление эсэмэс мужу согревало в тысячу раз сильнее, чем горячий шоколад. Я соображала, что ответить, когда телефон снова пискнул.

Опять Монблан. Что это такое, кто бы подсказал? Может, коктейль?

Но для Эрика это определенно означает нечто важное. И есть только один способ выяснить, что именно. И я отправила очередную эсэмэску.

Подхватив портфель, я вышла из «Лэнгриджа» и остановила такси.

До дома добралась всего за двадцать минут. Всю дорогу я просматривала три папки. Просто ужас! Объем продаж напольных покрытий оказался рекордно низким за всю историю компании, тогда как остальные направления успешно развивались. Наконец я закрыла папки и уставилась в окно, напряженно размышляя, что предпринять для спасения отдела. Я точно знаю, что брэнд «Ковры Деллера» отлично раскручен и до сих пор популярен…

— Красавица! — Голос таксиста оторвал меня от изобретения новых идей, одна фантастичнее другой. — Приехали.

— Да-да. Спасибо! — Я полезла в сумку за кошельком, и в этот момент телефон снова запищал.

Я готов!

К чему?! Туман у вершины Монблана становился все гуще и таинственнее.

Уже вхожу в подъезд! Через минуту увидимся!

Быстро набрав сообщение, я расплатилась с таксистом. Пентхаус встретил меня приглушенным освещением, которое, насколько я помню, в опциях меню значилось как «Обольщение». Чуть слышно звучала музыка. Кроме нее, из комнат не доносилось ни звука.

— Привет! — осторожно произнесла я, вешая пальто.

— Привет!

Голос Эрика доносился из спальни. Моей спальни!..

Строго говоря, из нашей супружеской спальни.

Взглянув на свое отражение в зеркале, я наскоро пригладила волосы и через зону гостиной направилась к спальне. Дверь в комнату была приоткрыта буквально на миллиметр, так что заглянуть внутрь мне не удалось. Я постояла секунду, соображая, что бы все это значило, затем толкнула дверь — и едва сдержала пронзительный визг при виде открывшегося глазам зрелища.

Это и есть Монблан? Это Монблан?!

Эрик лежал на кровати полностью обнаженный, если не считать прикрытого пышной шапкой взбитых сливок низа живота.

— Привет, дорогая! — Он состроил хитрую минуй скосил глаза вниз: — Ныряй!

Нырять? Туда?

Лицом, что ли?!

Я стояла, парализованная ужасом, — настолько меня поразила сливочная гора. Каждая клеточка моего тела буквально вопила, что я не хочу туда нырять.

Но не могу же я просто повернуться и уйти? Нельзя его отвергать, он мой муж. И сейчас я отчетливо поняла: мы это проделывали не раз!

О Господи, о Господи…

Я робко двинулась к сливочному сооружению. Плохо понимая, что делаю, я поднесла к Монблану руку с заранее вытянутым пальцем, мазнула по верхушке и сунула палец в рот.

— Сла… сладкие! — Мой голос забавно дрожал от эмоций.

— Низкокалорийный продукт! — широко улыбнулся Эрик. Нет. Нет. Извините, но это просто… Этого не будет. Не в этой жизни. Нужно срочно придумать предлог.

— У меня голова кружится! — Эти слова взялись из ниоткуда. Я закрыла ладонью глаза и отшатнулась от кровати. — О Боже, у меня проскочила картинка из прошлого!

— Из прошлого? — Эрик сел в кровати.

— Да! Я вдруг вспомнила… свадьбу, — импровизировала я. — На долю секунды, но так ярко и неожиданно…

— Присядь, дорогая! — встревоженно нахмурился Эрик. — Не волнуйся. Может, сейчас и другие воспоминания вернутся!

Он говорил с такой надеждой, что мне стало ужасно неловко за ложь. Но это же лучше, чем сказать правду, верно?

— Слушай, я пойду прилягу в другой комнате, если ты не против. — Я быстро пошла к двери, отвернувшись от сливочной горы. — Извини, Эрик, что так получилось после всех твоих… хлопот…