Но не от страха — совсем не от страха.

«Да и как можно бояться мужчину, на чьей кольчуге резвятся, шаловливые котята?»

Ответ на этот вопрос пришел к ней быстро и неизбежно.

«Узнай Саймон, что я не девственница, что меня уже грубо использовал бесчестный подонок, называющий себя рыцарем, он будет безжалостен.

И тогда… найду ли я наконец смерть, которую когда-то так страстно желала?»

Да, когда-то она хотела умереть — так было. Но сейчас перед Арианой забрезжил неясный свет надежды, и радужные краски жизни вновь пробудили ее душу.

Каким-то чудом целительный сон и душистый бальзам излечили ее душу от яда былого предательства и насилия. Теперь ночные кошмары посещали Ариану все реже, хотя что-то внутри нее еще отчаянно сопротивлялось новому ощущению, которое пришло им на смену.

Как в тот вечер, когда она, сидя у Саймона на коленях, внезапно открыла для себя, что пламя страсти может быть горячее костра.

Горькие складки залегли в уголках ее губ — она вспомнила, как закричала и вцепилась Саймону в руки. Ей казалось, что, отказав ему тогда, она почти явственно ощутила его гнев, оскорбленное самолюбие и боль.

Она никак не могла ему объяснить, что отвергала не его, а ужас, преследующий ее с той страшной ночи.

«Я должна сказать ему.

И чем скорее, тем лучше.

Но когда же? Сегодня вечером?»

Ариана вздрогнула при мысли о том, как поведет себя Саймон, узнав правду. Судьба дала ему в жены девушку, над чувствами и телом которой надругался мерзавец, но Саймон заслуживал лучшего.

Но и Ариана заслуживала лучшего обращения, чем насилие и предательство со стороны человека, который должен был защищать и оберегать ее.

«Я не могу рассказать ему.

Не сегодня.

Он должен узнать меня получше, и, может быть, тогда он поверит, что я потеряла невинность не по своей воле.

Но в это не поверил даже мой отец».

— Леди Ариана, — мягко произнесла Мэг. — Может, вам лучше присесть? Вы так бледны.

Ариана расправила плечи и с трудом перевела дух. Ее пальцы беспокойно перебирали тонкие струны старинной арфы.

Инструмент отозвался аккордом, скорее печальным, нежели гармоничным.

— Мне уже лучше, — ответила Ариана бесстрастным тоном. — Я почти здорова благодаря вашим с Кассандрой снадобьям.

— Почти, но не совсем.

— Почему ты так решила?

— Я слышу, как ты играешь, — сказала Мэг. — Твоя музыка мрачнее, чем глаза Саймона.

— Ну вот, даже моя арфа меня предает.

Слова вырвались у нее сами собой, хотя Ариана и не думала произносить их вслух.

— Мужчины все еще на охоте? — быстро спросила она, пытаясь переменить тему разговора.

— Нет, мы только что вернулись.

Ариана вдруг поняла, что ее в отличие от Мэг не разбудили на рассвете и не пригласили на соколиную охоту, которую она так любила.

Это в общем-то не должно было бы ее задеть, но ей почему-то стало больно от такого явного пренебрежения.

— Саймон сказал нам, что ты плохо спала этой ночью, и не стал будить тебя, — пояснила Мэг.

В ответ на эти слова несколько протестующих нот раздались в тишине комнаты.

— Охота была удачной? — вежливо спросила Ариана, чтобы как-то поддержать разговор.

— Да, можно сказать, даже очень удачной. Сокол Доминика поймал столько жирных куропаток, что их хватило бы для большого праздничного пиршества. Да и сокол Саймона тоже отличился. Птицы получили в награду столько свежей дичи, что едва смогли потом подняться ввысь.

Ариана выдавила из себя улыбку.

— Скайленс — лучший сокол на свете, и он достоин Саймона.

Тон, которым были сказаны эти слова, говорил о большем — о том, что жена Саймона гораздо менее достойна своего супруга.

Мэг слегка расширила изумрудные колдовские глаза — она всматривалась в душу Арианы, как это умели делать только глендруиды. То, что увидела Мэг, встревожило ее: Ариана действительно считала, что в брачной сделке Саймона обманули.

А что касается самого Саймона… Мэг не нужно было прибегать к своему особому дару, чтобы заметить, что он рассержен, как дикая кошка, запертая в клетку.

— Леди Ариана, я могу вам чем-нибудь помочь? — спросила Мэг.

Ариана метнула удивленный взгляд на глендруидскую колдунью.

— Это я должна помогать вам, леди Маргарет, — возразила она. — Вы хозяйка замка, да к тому же ждете ребенка. А я всего лишь ваша гостья.

— Нет, ты не права, — горячо откликнулась Мэг. — Твоя свадьба с Саймоном спасла Блэкторн и Спорные Земли.

Ариана молча кивнула, слегка пощипывая струны арфы.

— И смерть не распростерла свои черные крылья над моими людьми, — настойчиво продолжала глендруидская колдунья.