Внезапно Мэриан почувствовала себя невыносимо. Она сползла с камня на сухой, потрескивающий вереск. Дэнис сидел рядом, обхватив руками колени, его глаза все еще следили за рыбой. Мэриан поняла, что вот-вот разрыдается. Чтобы удержаться, она посмотрела на Дэниса. В тот же момент и он медленно повернулся к ней. На фоне зеленоватого на востоке неба она увидела его костистые скулы отполированной бронзы, взлохмаченные иссиня- черные волосы, удлиненные синие, как сапфиры, глаза. Печальное потерянное лицо -- лицо человека, не принадлежащего этому миру. Она сказала:

– - Что могли мы сделать для Ханны? Прости меня за трусость...

Он страдальчески нахмурил брови и быстро отвернулся.

– - Ничего. Раз она... предала себя.

– - Я чувствую то же самое, но имеет ли это смысл? Однако, полагаю, теперь уже ничего не сделаешь. Мы должны только радоваться, что ее не будет в доме, когда он вернется. Ты сам говорил, что, когда он приедет, ее не должно быть здесь. Ну вот, ее и не будет.
– - Мэриан подумала с чувством, близким к шоку: Она представляла себе Питера -- все ближе, ближе...

– - Да, но не таким образом. Ей следовало держаться подальше от него, ей следовало защищаться!
– - Восклицание потрясало ревностью. В то же время оно казалось высокопарным слогом неподкупного пуританина.

– - Думаю, так или иначе, он заслужил ее, а мы -- нет. Дэнис покачал головой:

– - Она погубила себя.

– - Или освободила себя. Время покажет.

. И на секунду вместе с жалостью она почувствовала почти негодование против Ханны за то, что та настолько сильно очаровала ее. Затем она снова подумала: . Она подняла голову, испытывая головокружительное чувство вновь обретенной свободы. Она пристально посмотрела на Дэниса. И секундой позже совершенно неожиданно поняла, что собирается сделать то же самое, что когда-то сделала Алиса Леджур.

Поднялся теплый морской ветер и подул на них, принося пропитанный солью и листвой запах осени. Он дул над широкой зеленоватой поверхностью лососевой заводи, покрывая ее рябью, и уносился дальше, к уединенному болоту. Вечерний воздух сгустился над ними и начал светиться вереск.

– - Дэнис.

Он снова обратил к ней свое лицо, все еще печальное и отсутствующее. Мэриан пододвинулась вперед так, что ее колени коснулись его колен. Взяла за руку и, немного неловко нагнувшись вперед, поцеловала в губы. И тут же отодвинулась. Лицо Дэниса стало теперь спокойным, преисполненным величавой безмятежности, что сделало его таким реальным для нее. Затем, пододвинувшись совсем близко, она положила руку ему на плечо и поцеловала снова, удержав несколько дольше. Его сжатые губы не ответили на поцелуй, он по-прежнему смотрел на нее торжественно, отрешенно, без враждебности или удивления.

– - Извини, -- сказала Мэриан.
– - Я не ожидала этого. Теперь я понимаю, что такие вещи могут происходить совершенно внезапно. Я не поверила, когда ты рассказал о Дже-ралде и Джеймси.
– - Помедлив, она добавила: -- Думаю, я уже какое-то время хотела это сделать, только не могла увидеть тебя соответствующим образом.

Он все еще пристально смотрел на нее. Потом закрыл глаза и начал водить тыльной стороной ее руки по своему лбу, тихо постанывая.

Мэриан внезапно почувствовала, как ее пронзила нежность к нему. В ее первом движении была какая-то отвлеченная, трудная для понимания непорочность. Она прижала его, потому что должна была это сделать, -- ее чувство, очищенное до состояния крайней необходимости, было почти лишено ощущений. Теперь поток эмоций обрушился на нее. Она прижала его крепче и в это мгновение увидела, как из глубины начал подниматься лосось.

Дэнис был молчалив и беспомощен в ее руках. Она удобнее расположилась, ее колени прижались к его бедрам, затем она немного откинулась назад, чтобы легче было разговаривать. Bозникла свобода, свобода любить и действовать, чего ей так страшно не хватало. Мэриан была глубоко потрясена ее внезапностью и красотой. Наконец-то после времени, проведенного в удушливой атмосфере увешанной гобеленами комнаты, появилась иная, неизведанная реальность.

– - Дэнис, посмотри на меня. Сколько тебе лет? Я часто думала об этом.

– - Тридцать три.

– - А мне двадцать девять. Дэнис, ты не сердишься на меня?

– - Мэриан, Мэриан...
– - Он смотрел на нее, и по лицу его бродили тени. Глаза сузились в темные щели, не оставив ни проблеска синевы. Он чуть откинулся назад, поглаживая ее руку, будто пытаясь сдержать и утешить.
– - Я тоже не ожидал такого. Не знаю, что это. Но я рад, что ты здесь. И радовался с самого начала.

– - А теперь мы предоставлены друг другу. Он улыбнулся:

– - Это звучит как спаривание животных.

– - А мы и есть животные.
– - Впервые в жизни она почув ствовала, что это правда. Она хотела Дэниса.

– - Мэриан, мы сегодня немного сошли с ума из-за того, что произошло. Давай вернемся.

– - Не сейчас. Ты же не хочешь, правда?
– - Он опустил глаза, и она поняла, что он не хочет.
– - Милый, милый Дэнис, может, мы и сошли немного с ума, но это безумное место и безумное время. И я чувствую себя намного более настоящей с тобой, чем с остальными.

И действительно, чем с кем-либо вообще, -- внезапно почувствовала она. Эта неожиданная встреча не поддавалась никакой классификации. Раньше всегда она была некой особой, встречающей другую особу. Но она ничего не знала о Дэнисе, и это неведение отбрасывало тень на нее саму, заставляя трепетать от естественности происходящего. Они -- двое единственных в своем роде созданий, встретивших друг друга.