Было заметно, что сегодня Игорю не хочется заниматься делами. Он говорил еще о каких-то пустяках, тянул время. Людмиле вдруг пришла в голову мысль поговорить с ним начистоту, поплакать и все простить. Но она испугалась, подумав, что все равно ничего не добьется, что может только ускорить развязку, которой так хотела избежать.

Игорь наконец ушел, и Людмила вновь осталась одна.

Днем позвонила Наташа. Голос ее был звонким и решительным.

— Ты сейчас свободна? — спросила она напористо. Потом хмыкнула в трубку и добавила:

— Хотя ты ведь всегда свободна. Извини, это я так, по привычке.

— А что случилось?

— Я обо всем договорилась, — бойко доложила Наташа. — Нас с тобой ждут в два часа. Так что собирайся, встречаемся возле Гостиного Двора.

— Кто ждет? — У Людмилы похолодело внутри. Вопрос был лишним, она и так догадалась, что подруга имеет в виду.

— Как это кто? — удивилась Наташа. — Мы же с тобой договаривались, ты сама меня попросила. Мужчина уже ждет. Да ты не бойся, дуреха, я тебя провожу, познакомлю. Все сделаем как надо. — Она хихикнула. — Я же не брошу подругу в трудную минуту. Все будет хорошо, ты не волнуйся. Страшно только в первый раз.

Только не опаздывай, — приказала Наташа. — Вадик не любит, когда опаздывают.

Людмила невольно сжалась. Он не любит, когда опаздывают. Как это понимать?

Теперь этот неведомый Вадик представлялся ей кем-то вроде врача-стоматолога — строгий и в белом халате. Он не любит, когда опаздывают на прием.

Затем события закрутились в бешеном темпе. Часы показывали половину первого. Успеть можно, но со сборами следовало поторопиться.

Как одеваются в подобных случаях? Людмила сообразила, что нужно выглядеть нарядно. Она выбрала красивое удлиненное платье с открытой грудью, надела крупные тяжелые бусы и такие же тяжелые, раскачивающиеся при каждом наклоне головы длинные серьги.

Потом она причесалась, тщательно уложила волосы и, надев туфли на каблуках, осмотрела себя в зеркало. Она впервые одевалась для чужого, незнакомого мужчины. Ну и как? Хороша, отметила она.

Немного глупо рядиться так в середине дня, но ведь и ситуация не стандартная…

В половине второго она была на станции «Гостиный Двор», где ее уже поджидала Наташа.

— Пойдем. — Она решительно и твердо взяла подругу под локоть. — Нам еще надо как следует приготовиться.

Они двинулись по Невскому, но Наташа неожиданно свернула в переулок.

— Давай зайдем вот сюда. — Она указала на магазин. — Нужно купить бутылочку коньяку. Так ты ему больше понравишься.

Людмила купила высокую, с длинным горлышком бутылку греческого коньяку.

Щеки у нее мгновенно запылали: она даже представить не могла, что первый ее визит к предполагаемому любовнику будет таким — с бутылкой в руках. Ей всегда казалось, что алкоголь должен покупать мужчина. Но успокоила себя, что Наташа опытнее ее в таких делах, к тому же это ведь ее знакомый.

— Ну вот и отлично, — проворковала Наташа, заводя Людмилу во двор за магазином. — Мы уже пришли. Хорошо, что недалеко от твоего дома, минут десять.

— Скажи, — заволновалась Людмила, — а кто он такой? Откуда ты его знаешь?

Ты что, встречалась с ним?

— Нет, — рассмеялась Наташа. — Я сама с Вадиком никогда близко не общалась. Просто знакомые его порекомендовали. Вадик — это как раз то, что нужно дамочкам вроде тебя. Сильный, уверенный в себе, требовательный мужчина.

Они подошли к подъезду, и Наташа слегка подтолкнула Людмилу к входной двери. Квартира, в которую они направлялись, была на третьем этаже.

— Вообще-то Вадик живет не здесь, — пояснила Наташа, увидев изумленный взгляд подруги, рассматривающей темную лестницу и заплеванную площадку перед дверью. — Вадик снимает тут квартиру специально для плотских утех. Он даже называет ее «сексодромом».

«Сексодром» оказался маленькой однокомнатной квартиркой, очень старой и давно не ремонтировавшейся. Она состояла из темной прихожей, крохотной кухни и комнатки с осыпавшимся потолком и обвисшими обоями.

Сам Вадик — о, это было неожиданностью! — оказался мужчиной лет сорока, высоким и могучим в плечах. Фигуру его можно было назвать атлетической, если бы не вполне заметный живот. Да и лицо несколько обрюзгшее. Руки — крупные, цепкие, сильные, Людмила это почувствовала, когда протянула Вадику ладонь для знакомства. Он взял ее пальцы, подержал немного, а потом отпустил, сказав небрежно:

— Проходите…

В комнате стоял продавленный диван, покрытый старым лоскутным покрывалом, низкий столик и два таких же старых стула. В углу разместился шкаф, о содержимом которого Людмила так никогда и не узнала.

Вадик поместился на диване, приняв вальяжную позу, а женщины присели на стулья. Забавная картинка — две хорошо одетые, красивые женщины сидели на шатких стульях посреди бедной, плохо обставленной комнаты, а мужчина, сидя на диване, насмешливо рассматривал их.

Наташа сразу засуетилась, зашептала что-то Людмиле, но та и сама догадалась. Она достала из сумочки бутылку коньяку, поставила ее на стол и с вымученной улыбкой произнесла: