И начал "вводить": союз - чисто военная организация, главный ее совет находится в Могилеве, при Ставке. В крупнейших городах открыты отделения. Почетным председателем избран генерал Алексеев, почетные покровители Деникин, Родзяпко, Шульгин и Пуришкевич. Союз поддерживает тесные контакты с другими военными организациями - с "Союзом георгиевских кавалеров", советом "Союза казачьих войск", "Союзом увечных воинов", "Военной лигой", со всеми, кто добивается укрепления обороноспособности армии.

– Прошу прощения, ваше высокобла... извините, господин подполковник...
– вставил, совершенно освоившись с ролью, Антон.

– Можешь титуловать, как прежде, - покрутил ус Гад-жиев, - у нас можно. И уху приятней.

– Не возьму в толк, как союз добивается укрепления армии.

– А-о! Очень ясно, дарагой. В Ставке был наш первый съезд. Там всё определили. Родзянко выступал: "Прекратить сентиментальничанье, чистоплюйство, разговоры о доверии, кивки и экивоки с солдатами". Золотые слова! Отменить паганый приказ номэр адин. А самое главное - бороться с большевиками и Совдепами, этими Советами собачьих и рачьих депутатов, ха-ха-ха!

Горский князь был очень общительным и веселым.

– Но ведь и среди офицеров, ваше высокоблагородие, есть большевики и сторонники большевиков, - не удержался Путко.

– Вот они-то, а-о, и есть самые апасные наши враги!
– глаза Гаджиева вспыхнули.
– Троянские кони! Каждого иметь на примете и на прицеле!
– Он поворошил в папках на столе.
– Вот еще адна бумага из Главкомитета. Тоже для сведения и принятия к руководству.

"В Центральное правление союзов поляков-военнослужащих, - начал читать Антон.
– Главный комитет Союза офицеров Армии и Флота ставит себе одной из задач борьбу с большевизмом в армии и пораженческой агитацией. В данном направлении Главный комитет призывает вас к совместной работе и предлагает свои услуги в том смысле, что вам будут сообщаться фамилии военнослужащих поляков, запятнавших себя демагогией, провокацией и большевистской деятельностью..."

"Ух, сволочи!.. Все в одну кучу!.. "Союзов поляков". Это надо особенно выделить Юзефу. Наверняка он занимается и польскими частями..."

Подполковник дождался, пока поручик оторвался от листка.

– Главкомитет через Ставку дал предписание по всем фронтам, чтобы в штабах составили списки офицеров-большевиков. Для "дня икс".

– Какого-какого?.. Что это такое: "день икс"?
– Пут-ко про себя даже удивился болтливости князя. Не обучен конспирации или чувствует за собой силу?.. Скорей всего, глуповатый свитский шаркун.

– У нас на Кавказе гаварят: "Не спеши - язык обожжешь", - словно бы разгадал его мысли подполковник.

– Что изволите приказать мне, ваше высокоблагородие?
– поспешил Антон.

– Ба-оевой афицер. Артиллерист. Два "Георгия"...
– перечислял для себя достоинства поручика Гаджиев, продолжая бесцеремонно, как ахал-текинца, разглядывать посетителя. Только что зубы не проверил.
– Хочешь в баэвую группу апределю, в испалнительный паш орган - "Союз воппского долга"?

– Что это за орган, ваше высокоблагородие?

– Где прибрать, кого убрать, - он щедро улыбнулся.

– Попятно. Но мне ведь предписано возвращаться на позиции... В действующей армии тоже есть такие оргапы?

– Есть-есть. Как раз сейчас создаем. На фронтах и в армиях. Как раз в твоей, в Двенадцатой, очень нужен. На-да там и прибрать, и кое-кого убрать. А можем отозвать в Питер, если хочэшь.

Путко решил, что миссия его выполнена весьма успешно: для первого раза выведывать что-то еще было бы опасно.

– Не знаю, ваше высокоблагородие... Разрешите подумать? Я ведь и здесь-то проездом - делегирован в Москву на какое-то совещание.

– В Ма-аскву?
– с интересом, будто увидел впервые, уставился на него князь.
– Чэго ранше малчал? Пачэму здесь не написано? Где направление?

Поручик показал.

– Замечательно! На Государственное совещание! Сав-сем другой разговор! Знаешь, что там произойдет?

– Понятия не имею, - снова подобрался, насторожился Путко.

– Да... Да...
– горец стал теребить свой ус. Выдвинул ящик стола, достал фирменный бланк "Союза офицеров", что-то начеркал на нем. Супул листок в конверт, приложил печатку. Вывел адрес.

– В дэвять вечера должен быть здесь.

Он постучал шлифованным ногтем по конверту.

– Будет исполнено, ваше высокоблагородие!

– Надеюсь, скоро увидимся, дарагой!

Они распрощались, очень довольные друг другом.

"Какой "день икс" и что должно произойти в Москве?" многозначительность в голосе князя вызвала у Антона тревогу.

Он понадеялся, что следующий визит - в "Союз георгиевских кавалеров" поможет полней обрисовать картину. Пока же он мог только удивляться, как беспечно дали ему в штабе фронта рекомендации. Не дошли до Вендена списки офицеров-большевиков, или штабисты судят так же, как этот шаркун: коль с орденами, значит, не большевик?..