— Финли Эндрюс?

— Он самый. — Маккол откинулся на стуле, затянулся и поморгал, отгоняя дым от глаз. — Финли Эндрюс. — Он снова доверительно наклонился вперед. — У него, чтобы вы знали, кусочек пирога здесь, кусочек там. Он хозяин не только этого заведения. Входит в совет директоров в нескольких фирмах, держит акции, и тому подобное.

— Ваши напитки!

В голосе официанта звучало больше, чем нотка неодобрения. Даже после того, как Маккол положил на поднос десятифунтовую бумажку и помахал, чтобы он уходил, официант медлил.

— Ну вот, — продолжал Маккол, когда тот наконец удалился. — Кусочек здесь, кусочек там. Само собой, все строго законно. Доказать обратное — пуд соли съесть.

— И он действительно хочет выкупить у вас дело? — спросил Ребус.

Маккол пожал плечами.

— Предлагает хорошую цену. Не бог весть что, но с голоду я не помру.

— Ваша сдача, сэр, — произнес холодный, как сталь, голос официанта. Он протянул поднос Макколу, тот удивленно поднял на него глаза.

— Я не просил сдачи, — сказал он. — Это были чаевые. Но уж раз принесли… — Он подмигнул Ребусу и Уотсону и собрал монетки с подноса. — Раз они вам без надобности, юноша, тогда я возьму.

— Спасибо, сэр.

Ребус наслаждался этим зрелищем. Официант отчаянно подавал Макколу знаки, но тот был то ли слишком пьян, то ли слишком наивен. В то же время Ребус понимал, что присутствие суперинтенданта Уотсона и Томми Маккола в шумный вечер в клубе «Финли'с» грозило ему осложнениями.

В холле возникло какое-то движение. Послышался шум, голоса, не столько сердитые, сколько громкие. И голос Полетт, сначала убеждающий, потом протестующий.

Ребус снова взглянул на часы. Точно в назначенное время. Восемь пятьдесят.

— Что там происходит?

Все, кто находился в баре, посмотрели в сторону холла, кто-то встал и пошел узнавать. Бармен нажал какую-то кнопку в стене и также поспешил в холл. Ребус последовал за ним. Стоя в дверях, Полетт спорила с несколькими мужчинами, одетыми в поношенные костюмы. Один из них уверял, что она обязана его пустить, потому что он в галстуке. Другой объяснял, что они приехали в город на один вечер и узнали об этом клубе в каком-то баре.

— Его звали Филип! Он сказал, что если мы сошлемся на Филипа, нас сразу же пустят!

— Я сожалею, джентльмены, но это частный клуб.

Подошел официант, но его вмешательству не обрадовались.

— Эй, приятель, мы тут разговариваем с дамой. Мы хотим только немножко выпить и чуть-чуть повеселиться. Что, не имеем права?

Ребус увидел, как со второго этажа спустились еще двое «официантов», крепких молодых людей с квадратными лицами.

— Ну с какой стати…

— Только выпить по рюмочке…

— В городе на один вечер…

— Я извиняюсь…

— Эй, мой пиджак!

— Руки!

Начал Нил Макгрэт, заехав одному из спортсменов под дых. Теперь в холле собралась почти вся публика из бара и из ресторана. Продолжая наблюдать за потасовкой, Ребус начал пробираться через толпу, мимо двери к бару, мимо ресторана к гардеробу, туалетам, двери в офис и к следующей двери.

— Тони! Это ты?

Все-таки это произошло: Томми Маккол узнал своего брата в компании поддельных пьяниц. Внимание Тони отвлеклось, он получил удар в лицо и отлетел к стене.

— Это мой брат!

Теперь в драку ввязался и Томми. Констебли Нил Макгрэт и Гарри Тодд, крепкие и здоровые парни, могли постоять за себя. Но, завидев суперинтенданта Уотсона, который скорее всего понятия не имел, кто они такие, они автоматически опустили руки. Оба сразу же получили по солидной плюхе и вспомнили, что драка вполне настоящая. Поэтому они тут же забыли об Уотсоне и продолжали борьбу.

Ребус заметил, что один из драчунов держится на заднем плане и не рвется в гущу событий. Готовый в случае необходимости бежать, он при этом держался около двери и бросал взгляды на коридор, где стоял Ребус. Ребус приветственно помахал рукой. Констебль сыскной полиции Брайан Холмс не ответил. Тогда Ребус повернулся и встал лицом к двери в конце коридора. Двери в пристройку. Потом закрыл глаза, собрался с духом, сжал правую руку в кулак и ударил себя в лицо. Не слишком сильно, спасибо инстинкту самосохранения, но и не слабо. Он подумал, что не понимает, как люди могут сами вскрывать себе вены. Потом открыл свои наполнившиеся слезами глаза и потрогал нос. Из обеих ноздрей текла кровь. Он начал барабанить в дверь. Молчание. Он постучал еще. Шум драки достиг своего апогея. Давайте, ребята, давайте. Он вынул из кармана платок и поднес его к кровоточащему носу. Послышалось щелканье замка. Дверь открылась на пару дюймов, и на Ребуса уставилась пара глаз.

— Что такое?

Ребус отступил на шаг, чтобы человек мог увидеть свалку у входной двери. Глаза раскрылись еще шире, потом человек посмотрел на окровавленное лицо Ребуса и еще приоткрыл дверь. Парень был здоровый, средних лет, удивительно лысый для своего возраста. Словно в утешение, под носом у него красовались пышные усы. Ребус вспомнил, как Трейси описывала ему одного из ее преследователей. Этот вполне подходил.

— Нам нужна помощь, — сказал Ребус. — Пойдемте.

Мужчина помолчал, обдумывая ситуацию. Ребусу показалось, что тот собирается снова закрыть дверь, и он уже весь напружинился, но здоровяк перешагнул через порог и прошел мимо Ребуса, который похлопал его по спине.