Затем она подбежала к двери и бросилась в мои объятья. За вышедшей в коридор медсестрой захлопнулась дверь.

— Стив, — она заплакала. — Стив, Стив, Стив…

Я крепко прижимал ее к себе, поглаживая по волосам.

— Дорогуша.

Она подняла голову, сквозь слезы посмотрела на меня.

— Я, должно быть, ужасно выгляжу. Здесь не разрешают краситься.

— Ты прекрасна, — а сердце у меня щемило.

От Мириам остались кожа да кости. И глубоко запавшие глаза.

— Не успокаивай меня. Я и так все знаю. Хотя мне не дают зеркала.

— Ты отлично выглядишь.

Она вернулась к кровати, села на краешек.

— Иди сюда. Посиди со мной.

Я примостился рядом.

Она взяла мою руку, положила себе на грудь.

— Мне так хочется трахнуться, — она не отрывала глаз от моих.

Я молчал, сам едва сдерживая слезы.

— Ты же понимаешь, я вылечилась. Они сами говорят, что пока идет «ломка», к мужикам не тянет.

— Я этого не знаю.

— Это правда, — с жаром воскликнула она. — Очень хочется.

Я покачал головой.

— Доктор говорит, что ты еще недостаточно окрепла.

Прогресс есть, но лечение надо продолжать.

Глаза Мириам злобно блеснули.

— Что еще она могла сказать. Им лишь бы держать меня здесь, чтобы грести денежки. Наверное, она и не упомянула, что у меня уже нет потребности в наркотиках.

— Она лишь сказала, что налицо определенные успехи, — осторожно ответил я.

Мириам вскочила.

— Они все психи! Я могла бы рассказать тебе, что это за клиника. Ты не поверишь, что они позволяют себе с пациентами!

Она огляделась по сторонам, словно желая убедиться, что в палате мы одни. Понизила голос до шепота.

— Ты знаешь мою медсестру, миссис Грэхем?

Я кивнул, — Можно подумать, милая старушка, да? — и продолжила, не дожидаясь ответа. — Как бы не так. Садистка. Она несколько раз избивала меня. Сейчас я тебе все покажу.

Она скинула ночную рубашку.

— Видишь синяки?

Я видел лишь ребра, да белую, почти прозрачную, обтягивающую их кожу.

— Кроме того, она лесбиянка. Стоит мне заснуть, она начинает вылизывать меня.

Я поднял ночную рубашку с пола.

— Надень. Я не хочу, чтобы ты простудилась.

Она молча надела ночную рубашку, вновь села на кровать, посмотрела на меня.

— А эта доктор Дэвис, со всеми ее дипломами. Ты знаешь, что она вытворяет? Каждую ночь приводит в свою комнату пару пациентов и двух санитаров и устраивает оргии. А днем изображает невинного агнца и дурит всем голову. Но меня ей не обмануть. Я-то ее насквозь вижу.

Я молчал.

На мгновение Мириам застыла, затем приникла ко мне, опять заплакала.

— Ты должен забрать меня отсюда, Стив. Я сойду с ума, если останусь здесь.

Я крепко сжимал ее дрожащее тело. Она посмотрела на меня. С мольбой в глазах.

— Ты можешь забрать меня, Стив. Правда. К героину меня больше не тянет.

— Еще рано, Дорогуша. Сначала ты должна набраться сил.

Она вырвалась из моих рук, упала на кровать. Затряслась от рыданий.

Я наклонился над ней, положил руку на плечо. Со злостью она скинула мою руку.

— Иди ты к черту!

Я поднялся, постоял в нерешительности, затем направился к двери.

— Стив! — вскрикнула Мириам.

Я повернулся, а в следующее мгновение она уже распростерлась на полу, обхватив мои ноги. Слезы ручьем катились из глаз.

— Забери меня. Стив. Пожалуйста. Я буду хорошей.

Сделаю все, о чем ты попросить. Только забери меня!

Я поднял ее, прижал к груди.

— Осталось недолго, Дорогуша.

Ее рука нырнула во внутренний карман моего пиджака, прежде чем я понял, что она делает, она уже выхватила ручку и занесла ее над головой, как кинжал.

— Если ты не возьмешь меня с собой, я выколю тебе глаза!

Я посмотрел на нее. Дикий взгляд, указывающий на то, что она способна выполнить угрозу.

— Хорошо, — я старался говорить как можно спокойнее. — Но как мне открыть дверь? Ключа у меня нет. Придется звать медсестру.

Ее взгляд на мгновение метнулся к кнопке у кровати.

Мне этого хватило. Я схватил ее за запястье и вырвал ручку. Она посмотрела на меня, потом на свои пальцы.

— Ты меня обманул! — обида, как у маленькой девочки.