Проснулась она внезапно, разбуженная тихим скрипом веревок, на которых лежал матрас. К ее изумлению, на краю постели сидел вовсе не Фиодор, а Торн.

Эльфийка жестом попросила ее не шуметь.

– Я пришла предупредить, – тихо шепнула она. – Отряд «Сокровищница Дракона» пришел в Рашемен. Они ищут тебя.

– Я знаю, – так же тихо ответила Лириэль. – Несколько местных воинов пошли на поиски.

– Одного тебе следует особенно опасаться. Его ненависти хватит на семь жизней. – Торн прикоснулась к своей левой щеке. – У него татуировка в виде дракона вот здесь.

– Горлист, – с отвращением сказала дроу.

– Не вздумай недооценивать его, – предупредила эльфийка. – Многое в этом мире свершается благодаря не мудрости, а упорству.

– Я учту. Спасибо за предупреждение.

Лириэль спустила ноги с кровати и потянулась. Эльфийка не двинулась с места.

– Что? – спросила дроу.

Торн поколебалась.

– Я говорила с Зофией. Она сказала о твоем гобелене. Я хочу взглянуть на него.

Лириэль состроила гримасу.

– Это не слишком-то приятная штука.

– Ничего.

Дроу пожала плечами и встала. Она достала из сундучка, стоящего под кроватью, гобелен и осторожно развернула его.

Торн долго глядела на жуткую картину.

– Что ты пробовала сделать с этим?

Лириэль больно кольнула обвиняющая нотка в ее голосе.

– Это эльфийская магия. Ты, наверно, лучше меня должна знать, что с ней делать.

Торн на мгновение задумалась.

– Возможно, – медленно процедила она и встала. – Пойдем.

Дроу раздраженно зашипела, но последовала за высокой эльфийкой. Они поднялись на холмик…

И оказалисьна небольшом лугу на склоне горы.

Лириэль резко остановилась и в изумлении осмотрелась. Лучшие умы Мензоберранзана на протяжении тридцати пяти человеческих лет учили ее способам магического перемещения, но она и мечтать не могла создавать врата, которые действовали бы так просто и как бы сами собой.

Она еще раз взглянула по сторонам. Воздух здесь был холоднее и более разреженный. Одинокий ворон кружил в закатном небе, и его печальный крик эхом отдавался над долиной.

Ему ответил другой хриплый голос, и послание продолжило свой путь среди деревьев. В том, что это было послание, Лириэль не сомневалась ни минуты.

– Это падальщики, – объяснила Торн. – Они нашли мертвое или ослабевшее животное и созывают других на пир.

– Очень великодушно с их стороны.

– Да, они занимаются этим. И этим тоже, – поправилась эльфийка. – Иногда вороны – это просто птицы. А иногда – гораздо больше. Понимаешь?

Лириэль вспомнила крылатого посланца Квили и кивнула.

– Они переносят сообщения.

– И не только, – тихо добавила Торн. – Мой народ верит, что вороны переносят души умерших в загробную жизнь.

Дроу начала понимать, к чему этот разговор. Она покрепче прижала к себе гобелен и зашагала в ту сторону, где опустились на землю птицы.

Они вышли на полянку и увидели, что вороны были там не одни. Крупные серые звери сомкнули круг над останками кабана. Волки. Лириэль узнала их по рисунку в одной из книг.

Торн протянула руку, предупреждая дроу держаться подальше.

– Вороны позвали стаю, – тихо объяснила она. – Они иногда так делают.

Это было вовсе уж непонятно для Лириэль. Делиться с себе подобными и то довольно странно, но звать более крупных хищников?

Однако, наблюдая за волками, она начала понимать их сложный ритуал. Первыми поели самый крупный волк и единственная беременная волчица. Все остальные дождались окончания трапезы царственной пары и были по очереди допущены к тому, что осталось от дикой свиньи. Вороны тоже клевали, они подскакивали, отрывали небольшие кусочки мяса и отпрыгивали назад. Других птиц волки не подпускали. Какой-то особенно нахальный ястреб уселся на ветку слишком низко. Один из волков помельче подпрыгнул, и птица взмыла в небо, возмущенно крича.

Лириэль заметила, что Торн задумчиво разглядывает ее.

– Я попробую, – раздраженно бросила она, – но пока не наступит ночь, ничего нельзя сделать.

– Понятно.

Они ждали, наблюдая за волками, которые ели, спали и снова ели. Скоро от кабана не осталось ничего, кроме костей, которые стали добычей и игрушкой волчат. Вороны, дневные птицы, улетели в свои укромные места на ночлег.

Лириэль расстелила гобелен на траве. Она запрокинула лицо навстречу встающей луне и начала вслушиваться в песни дальних стран.