Капитан разглядывал его, и глаза его были неожиданно ясными и проницательными.

– Ты очень стараешься быть полезным, особенно для человека, в котором плещется полбочонка пива. Имеешь какой-то свой интерес?

– Хотел бы иметь. – Дроу доверительно подался поближе. – Я ищу корабль, доставить груз на Северные Муншаезы. Мы оба получим на этом хорошие деньги, как только корабль прибудет в порт, без лишних вопросов. Было бы разумно свести, где можно, риски к минимуму, если ты понимаешь, о чем я.

Айбн допил остатки эля и сложил руки на груди.

– Если ты угощаешь, я слушаю.

Колокола храма Ильматера отбили второй час после полуночи, отпуская кающихся грешников по домам после изнурительных молитв. Они брели в ночи, неразличимые для тех, кто прокладывал извилистый путь к дому от какого-нибудь из множества портовых кабаков. Тихое позвякивание плыло над доками Глубоководья к морю, смешиваясь там с шепотом невидимых волн.

Айбн прогуливался вдоль дока подчеркнуто небрежной походкой, заложив руки за спину. Он кивнул часовому, пожилому моряку, почти такому же неразговорчивому, как он сам. Остановившись в нескольких шагах, он повернулся к морю и вынул трубку.

– Закуришь? – предложил он, доставая небольшую пачку сушеных водорослей.

Караульный взял ее, набил и раскурил собственную трубку. Двое мужчин дымили в дружелюбном молчании, глядя на отражающуюся в воде луну.

– Сыт городом по горло, – сообщил Айбн. – Человеку нужно, чтобы море было рядом.

– Да, – согласился часовой.

– Не могу спать в этих вонючих гостиницах, на плоских кроватях. Ты тоже морская душа. Спорю, что до сих пор спишь в гамаке.

– Да.

– Мой корабль вон тот, и я бы хотел на ночь остаться на нем. Немножко не по правилам, я знаю. Понятно, что не бесплатно.

Часовой показал пустую трубку в знак того, что хотел бы получить в качестве платы. Айбн полез в карман и вытащил несколько маленьких пачек водорослей. Старик некоторое время изучал их, потом поднял вверх три пальца.

– Разумная цена за ночь на, корабле, – согласился Айбн.

Пачки сменили хозяина, и пират бесшумно зашагал к своему кораблю.

Он прошел на камбуз и, навалившись плечом, распахнул дверцу, расположенную над самой ватерлинией. Прямо под ней стоял деревянный сундук. Айбн открыл его и достал шарманку, необычный инструмент, напоминающий лютню, но, чтобы он зазвучал, надо было вращать ручку, заставлявшую вибрировать струны и нажимавшую на клавиши, дабы получилась мелодия. Он опустил инструмент в воду и извлек из него нечто напоминающее песенку «Лолинда, крепкая деваха», но сопровождаемое странными щелчками и скрипами, на взгляд Айбна, совершенно бессмысленными.

Это Хрольф придумал использовать мелодии и музыкальные ритмы как сигналы. Громкоголосый пират обожал слушать баллады. От его собственного пения, однако, слушатели страдали почти так же сильно, как от его меча. Вспомнив это, Айбн улыбнулся, что бывало с ним нечасто.

Потом поверхность воды пошла рябью и перед ним показалось хорошо знакомое лицо, Айбн отпихнул прочь шарманку и потянулся за трубкой.

Кзорш изумленно наблюдал за ним. Никогда прежде Айбн не пользовался этим инструментом, никогда не искал встречи ни с кем из Морского Народа. Он постарался скрыть, насколько мог, недоумение и вежливо ожидал, что скажет капитан.

Айбн выпустил в открытый люк колечко дыма.

– Я насчет этой девицы-дроу, – произнес он наконец.

Морской эльф кивнул и ждал продолжения. Айбн, казалось, нервничал, не мог на что-то решиться. Кзорш решил, что причина – его нелюбовь к эльфам и нежелание оказывать им услугу.

– Вот, – сказал Айбн в конце концов, кладя на ладонь Кзорша серебряный медальон. – Это насчет учителя. Это доставит тебя куда надо. Больше не спрашивай ни о чем, – раздраженно закончил он. – Что я знал, то сказал.

Морской эльф поблагодарил и повесил медальон на шею.

Сразу же знакомая морская прохлада исчезла, сменившись каменными стенами и слишком сухим воздухом. На пол стекала струйка воды, но она была тоненькой и какой-то грязной. Кзорш наклонился и с любопытством ответил пальцы в лужицу. Он попробовал воду на вкус, и глаза его округлились от восхищения.

– Свежая вода! – воскликнул он, потрясенный тем, что это чудо и в самом деле существует.

– Едва ли, – раздался веселый мелодичный голос за его спиной.