Все замолчали. В этой тишине неожиданно услышали лихой посвист: Гонтарь, забравшись на крышу землянки, размахивал штанами с азартом заправского голубятника...

Степан побледнел и, качнувшись, крикнул:

– Ты что! Брось!.. И он пошел к нему, сжав кулаки.
– Цирк, представление устроил?.. Все живое от них бежит... А ты?
– Он дико закричал что-то на незнакомом языке, размахивая руками.

Все растерялись. Степан, приблизясь, стянул оторопевшего Гонтаря с крыши землянки и, схватив за грудь, начал трясти с неожиданной силой и яростью. Его остановил властный жесткий голос:

– Что тут происходит?
– Э то был полковник Фисюк. Овчинников покачнулся и вдруг пошел на Фисюка:

– Что происходит?! Сочи нам тут устроили. Одиннадцатые сутки сидим. Зачем держат?!.. Земля горит-держат!.. Небо горит-держат!.. Все живое от них бежит. Над Ваенгой один дым! Мурманск сожгли, на другой день сто зениток привезли... Зачем так воюем'?! Он угрожающе остановился перед Фисюком.

К Степану кинулись, оттянули от Фисюка. А он рвался:

– В норы запрятали!
– Он схватил маскировочную сеть, рванул ее. Степана потащили к землянке. Гонтарь глядел ему вслед, машинально ощупывая на кителе оторванный карман.

Санчес (шепотом): Кто он - Хант? Хант - странное имя.

– Балда! Это нация такая. Ханты и манси.
– Одной рукой он тер расцарапанную щеку, другую с силой выкинул перед собой.
– Во парень!
– Он показал большой палец.
– Злой только...

Степана уволокли. Все замерли.

Полковник Фисюк: -Кто привез водку?

Ни слова в ответ. Кто привез на остров водку?

Снова молчание. Тогда он быстро, оглядев прибывших: - Ты?
– Фисюк глядел на стоявшего в отдалении Братнова, поманил его, и когда тот приблизился: - Ты привез?..

Солдат поднял на Фисюка глаза. Поначалу в них - боль и привычная горькая настороженность. И вдруг его взгляд становится гневным: - Были б деньги, привез, -спокойно отвечает он.

Фисюк: Кто такой?

Солдат молча протянул конверт. Фисюк взглянул на бумагу: - А, это вы...
– Оглядел его длинную фигуру, измятую и короткую шинель, обмотки. Неплохо начинаете...

Гонтарь отчаянно шагнул вперед: - Товарищ полковник!..

Фисюк: - Уж вы-то помолчите!
– И, повернувшись к остальным: - Вы что себе позволяете?.. Сегодня Овчинников напился, а завтра... Хотите xopoшего летчика потерять? Еще до первого вылета?!
– Он отошел, устало присел на тару от бомб.
– Как дети малые...

Летчики виновато примолкли.

Фисюк (старшине Цибульке): Коменданта кормили?

– Не ест без вас...

– Давай его сюда.

Цибулька бросился в сторону кухни.

Гонтарь подошел к Братнову, достал из разорванного кармана сигару:

– Поделимся, отец... Трофейная, последняя.
– Попытался разломить.
– Ты что. в караульную роту?..

Братнов вытянул из кармана веревочку, на ней ножичек, ложка, зажигалка "катюша".

Разрезал сигару пополам, сказал вместо ответа:

– Спасибо, - и отошел.

Внезапно послышалось какое-то вяканье, похожее на щенячье, от кухни через камни бежал неуклюже, вприпрыжку, как собачонка к хозяину, маленький толстый пингвин. Просеменив к Фисюку, он поднял ласт наподобие воинского приветствия и крякнул.

Летчики захохотали: былую неловкость как рукой сняло. Фисюк взял у старшины рыбу, кинул пингвину и ушел.

Хозяином положения, конечно, тут же стал Гонтарь. Спустя минуту он был уже пингвину лучшим другом.

– Тебя как зовут, старик?
– спросил он пингвина.

Старшина: - Смитом его зовут. Подарок Фисюку. От капитана английского... Смита. Мы тогда их выручили. Ну вот и назвали, в честь... Хороший он был мужик. Верно, Смитюха?..

Смит поглядел на старшину, словно подумал, и, приподняв ласт, деловито крякнул...

...Громкий хохот летчиков был слышен и здесь, в штабной землянке, где Фисюк говорил по радиотелефону:

– Задача не поставлена, товарищ первый. Люди нервничают... Неизвестность, вы знаете, хуже всего... Нет-нет, пока ничего но произошло, товарищ первый, но есть-есть!.. Кабаров еще не прибыл. Ждем в 23.00... Есть!

...Сумерки. Туман. Тимофей и два солдата тащат тяжелые ящики. Впереди Кабаров с чемоданчиком и рулоном карт.

Тимофей увидел, как от штабной землянки им навстречу заспешил Фисюк, как Фисюк и Кабаров обнялись.

Командиры прошли внутрь землянки. Тимофей с ящиком за ними.

Фисюк (Кабарову): Все пpивезли? (Тимофею): Заноси вон сюда!

Тимофей отправился за следующим ящиком, огляделся, солдат уже не было. Только неподалеку курил, сидя па валуне, Братнов.

– Помоги!
– крикнул Тимофей и, пригнувшись, подставил спину. Но Братнов, видно, не расслышал.