Перевод А. Медниковой

Миссис Данкерс поднесла к губам сигарету с розовым фильтром и прикурила от зажигалки на приборной доске. Огонек высветил на миг ее красивое удлиненное лицо с такими твердыми и острыми чертами, что они невольно наводили на мысль о резце скульптора. В темноте кабины она выпустила из ноздрей два столбика дыма и удовлетворенно вздохнула. Автомобиль тихо стоял на травянистой обочине шоссе в двухстах милях к северу от Лондона и только мягко сотрясался под порывами ветра. Перекрывая монотонный шум дождя, из радиоприемника спокойно и бесстрастно лилась популярная в тридцатые годы мелодия. До полуночи оставалось две минуты.

– Ну?

Дверца автомобиля хлопнула, и Данкерс уселся рядом с ней. Запахло сыростью; капли дождя потекли на ее теплые колени.

– Ну?
– еще раз спросила миссис Данкерс.

Он завел мотор. Машина выползла на узкое шоссе, "дворники" отчаянно боролись с ливнем, в мощном свете фар неожиданно близко вставала мокрая листва. Данкерс протер рукой ветровое стекло.

– Порядок, - промурлыкал он.

Машина ехала медленно, и гудение мотора терялось в шуме ветра, дождя, приглушенной музыки и постукивающих "дворников".

– Порядок?
– переспросила миссис Данкерс.
– Значит, дом - тот самый?

Он крутил баранку, следуя изгибам узкой дороги. Мелькнувшие в свете фар столбы и ворота резко высветились и остались позади - машина свернула на аллею парка.

– Да, - ответил он тихо, - тот самый.

Неожиданный трезвон в парадную дверь дома разбудил застывшего на кровати старика, и он нахмурился. Сначала он подумал, что это ветер, но услышал еще один резкий и властный звонок. Старик Кронин, единственный слуга в доме, поднялся с постели, натянул поверх пижамы пальто и кряхтя спустился вниз.

Данкерсы увидели, что в холле зажегся свет, услышали шаги Кронина и стук отодвигаемого засова. Муж выбросил окурок и подготовил нужную мину. Жена ежилась под дождем.

– Поздно уже, - проворчал старик в пижаме, когда путники рассказали ему, в чем дело.
– Придется разбудить Марстонов, сэр. Сам я не могу решить.

– Холодно, дождь идет, - замурлыкал Данкерс, улыбаясь старику сквозь пышные усы.
– В такую ночь и собаку на улицу не выгонишь. Войдите в наше положение.

– Не стоять же на пороге, - добавила миссис Данкерс.
– Пустите хотя бы в дом. Они вошли, и Кронин провел их в просторную гостиную.

– Подождите, пожалуйста, - попросил он, - камин еще не погас. Погрейтесь, а я пойду спрошу Марстонов.

Данкерсы молчали. Они стояли там, где остановились, и рассматривали комнату. Чувствовалось, что они враждовали со всем миром и даже друг с другом.

– Я сэр Джайлс Марстон, - сказал еще один старик.
– У вас дорожные неприятности?

– Машина нас подвела. Из-за погоды, думаю. Мы ее бросили у ворот. Сэр Джайлс, приютите нас. Наша фамилия - Данкерс. Это моя супруга.

И Данкерс повел рукой с таким видом, что со стороны могло показаться, будто он тут хозяин, а не сэр Джайлс.

– Нам ничего особенного не нужно, - сказала миссис Данкерс.
– Была бы крыша над головой.

– Может, у вас есть какая-нибудь сторожка, - рискнул вставить Данкерс, явно переигрывая. Он засмеялся.
– Что угодно, лишь бы вздремнуть часок-другой.

– Я бы предпочла кресло, - резко вмешалась жена.
– Кресло и плед меня бы устроили.

– У нас, конечно, найдется кое-что получше. Кронин, приготовьте две постели и разожгите для гостей камин в спальне.

Сэр Джайлс Марстон вышел на середину комнаты, и тогда, на свету, Данкерсы увидели, какой он маленький, сгорбленный, а лицо такое, будто кожу на нем очень долго растягивали, а потом разом отпустили - все в морщинах, как печеное яблоко.

– Ну что вы, - запротестовал Данкерс самым своим вкрадчивым голосом, не стоит беспокоиться. Мы и без того подняли вас среди ночи.

– А простыни у нас есть?
– спросил Кронин.
– Простыни, подушки... Господи, где их найдешь, сэр?

– Рюмку коньяку?
– предложил сэр Джайлс.
– Я думаю, миссис Данкерс, глоток горячительного вам сейчас не повредит.

Кронин вышел, бурча себе что-то под нос. Сэр Джайлс наполнил бокалы.

– Мне уже девяносто, - сообщил он своим гостям, - но я пока еще помню, что отказать в приюте - большой грех. Спокойной ночи.

– Кто они?
– спросила утром леди Марстон, выслушав рассказ мужа.

– Просто люди, дорогая. Люди с какой-то мерзкой фамилией. И по правде говоря, я ничего не желаю о них знать.

– Солнце выглянуло. Наверное, твои гости уже позавтракали и ушли. Жаль, я бы посмотрела на новых людей и послушала, что они скажут. Мы слишком скучно живем, Джайлс. Общаемся только друг с другом. Вряд ли это полезно, особенно на краю жизни.

Сэр Джайлс, натягивавший брюки, улыбнулся.

– Если бы ты взглянула на эту парочку, дорогая, тебе бы и в голову не пришло, что они способны скрасить наше существование. У мужчины невероятные усы, а женщина из породы бойких.