80 Ср. прим. 63.

81 Ср. выше об "имитации синтаксиса" и "непогрешимом синтаксисе". Ср. высказывание современника: "Его речь - сочетание косноязычия, отчаянных потуг вытянуть из нутра необходимое слово и бурного водопада неожиданных сравнений, сложных ассоциаций, откровенностей на явно чужом языке. Он был бы непонятен, если б этот хаос не озарялся бы единством и ясностью голоса. Так, его стихи, порой иероглифические, доходят до антологической простоты" (И. Эренбург. Портреты современных поэтов. М., "Первина", 1923, стр. 61-62).

82 "Елене" ("Сестра моя - жизнь"). Первый стих цитаты - перенос из предыдущей строфы, после которого должна быть точка, отсутствующая в тексте статьи, что делает синтаксис более "чудовищным", чем он есть.

83 См. прим. 22.

84 "Пей и пиши, непрерывным патрулем..." ("Темы и варьяции").

85 Новонайденная рукопись добавила еще одно указание на эту перекличку (прямо засвидетельствованную самим поэтом): к стихотворению "Бабочка-буря" рукою автора вписан эпиграф из Фета "Постой, постой, порвется пелена" (с которым эти стихи никогда не публиковались). Эпиграф указывает на связь "Бабочки-бури" со стихотворением Фета "Превращения" (1859). Подробнее см.: Записки Отдела рукописей ГБЛ, вып. 32. 1972, стр. 218. Ср. о связи Пастернака с Фетом в статье Мандельштама "Борис Пастернак" ("Россия", 1923, № 6, стр. 29). В 1925 г. И. И. Гливенко сделал в ГАХН доклад "Лирический пейзаж у Фета и Пастернака" ("Бюллетени ГАХН", вып. 2, 1925, стр. 34).

86 "Сложа весла" ("Сестра моя - жизнь").

87 "Высокая болезнь", журнальный вариант ("Леф", 1924, № 1).

88 Уже в 1922 г. Брюсов находил в книге Н. Бенар "Корабль отплывающий" (М., 1922) "в традиционных размерах - подражание по ритмам Борису Пастернаку, доходящее до передразнивания" ("Печать и революция", 1922, № 2, стр. 147). С. Парнок вводит неологизм "пастерначить" и называет среди тех, кто в той или иной степени испытал это влияние не только позднего Брюсова, Асеева, Третьякова, Эренбурга, Тихонова, Антокольского, но и других. "Конечно, ни Мандельштам, ни Цветаева не могли попросту "заняться отражением современности" - им слишком ведома другая игра, но ими владеет тот же импульс, то же эпидемическое беспокойство о несоответствии искусства о сегодняшним днем. Их пугает одиночество, подле Пастернака им кажется надежнее [...]" (характерно название статьи: "Пастернак и другие". "Русский современник", 1924, № 1, стр. 310-311). Ср. также у Шкловского: "Последние годы сделали общественным достоянием результаты пятнадцатилетней работы Бориса Пастернака. Н. Ушаков, Дементьев проявили уже большие успехи по переключению лаконического синтаксиса, пополнению календаря городских образов и сравнений, так характерных для творчества автора "Сестры - моей жизни"" (В. Шкловский. Светила, вращающиеся вокруг спутников.
– В его кн.: Гамбургский счет. Изд-во писателей в Ленинграде, 1928, стр. 119; впервые "Журналист", 1924, № 13).

Из литературы, продолжающей исследование поэтики Пастернака, см.: Ю. И. Левин. О некоторых чертах плана содержания в поэтических текстах.
– В кн.: Структурная типология языков. М., 1966; Ю. М. Лотман. Стихотворения раннего Пастернака и некоторые вопросы структурного изучения текста.
– Труды по знаковым системам, IV. Тарту, 1969; его же. Анализ двух стихотворений.
– В кн.: Летняя школа по вторичным моделирующим системам, III. Тарту, 1968; И. П. Смирнов. Б. Пастернак. "Метель".
– В кн.: Поэтический строй русской лирики. Л., 1973; его же. Причинно-следственные структуры поэтических произведений.
– В кн.: Исследования по поэтике и стилистике. Л., 1972; М. Auconturier. Pasternak par lui-meme. Paris, 1963; И. В. Фоменко. Поэтическое творчество Бориса Пастернака 10-20-х годов (автореферат канд. дисс.). М., 1971; D. L. Plank. Pasternak's Lyric. A Study of Sound and Imagery. The Hague - Paris, 1966; J. Faryno. Wybrane Zagadnienia poetyki Borysa Pasternaka.
– "Slavia Orientalis", 1970, r. XIX, № 3, M. Drozda. Б. Пастернак и левое искусство.
– "Ceskoslovenska rusistika", XII, 1967, ses. 4; Т. Фроловская. Метафора раннего Пастернака.
– В кн.: Русское языкознание, вып. 1, ч. 1. Алма-Ата, 1970. См. также прим. 42 к статье "Литературное сегодня".

89 О. Мандельштам, "Ласточка" (сб. "Tristia").

90 Ср. у Груздева о Мандельштаме по отношению к Пастернаку: "поэт, идущий с другой стороны" ("Петроград", стр. 190); иначе у С. Боброва: Мандельштам "хитро иногда его [Пастернака] пастичирует и перефразирует" ("Печать и революция", 1923, № 4, стр. 261).

91 Известную надпись Фета "На книжке стихотворений Тютчева" Тынянов приводит со скрытой отсылкой к своей статье "Вопрос о Тютчеве" (см. в наст. изд.), где, в частности, развивается мысль о "фрагменте" как жанровой основе поэзии Тютчева. Далее Тынянов проницательно называет имя Батюшкова - задолго до того, как в стихотворении 1932 г. Мандельштам декларативно (в отличие от раннего "Нет, не луна, а светлый циферблат...") ввел Батюшкова в свой поэтический мир. Ср. в письме Тынянова к Чуковскому от 15 января 1934 г.: "Завидую Вам, что слышали мандельштамовского Петрарку. У него даже вкусы батюшковские. Но судьба счастливее - у него иммунитет, постоянное легкое недомогание. Для того чтобы начать писать короткими строчками, - это, видно, необходимо" (ГБЛ, ф. 620).

92 Сочинения и переписка П. А. Плетнева, т. I. СПб., 1885, стр. 24-25; в более полном виде процитировано в ПСЯ, стр. 111. Ср. высказывания Н. Полевого и Сенковского, приведенные Эйхенбаумом в "Мелодике русского лирического стиха" (ЭП, стр. 350-353); ср. также ПСЯ, стр. 122, 108-109 (цитаты из Н. Полевого и псевдо-Лонгина).

93 Письмо к Е. Г. Голохвастову (март 1873).

94 Из стихотворения "Я по лесенке приставной...".

95 "За то, что я руки твои не сумел удержать...".

96 В отличие от того, что видит Тынянов, "ход стихотворения" у Мандельштама часто воспринимался как относительно свободный и даже необязательный. Рецензент альманаха "Дракон" А. Свентицкий располагал строки первой строфы "Tristia" в обратном порядке и заключал: "Вы скажете, что при "перевертываньи" теряется смысл? Нет, его столько же, сколько и в подлиннике" ("Вестник литературы", 1921, № 6-7, стр. 8). Л. Лунц в статье о "Цехе поэтов" писал: "Пусть стихи Мандельштама можно читать одинаково хорошо и с середины, и с начала, и с конца, но поэт поистине открыл в русском стихе невиданные возможности" ("Книжный угол", 1922, № 8, стр. 53). Об автономности стиха в строфе у Мандельштама см. также в рецензии С. Боброва на "Tristia" ("эдакая станца строки" - "Печать и революция", 1923, № 4, стр. 260), в статье Шкловского "Путь к сетке" ("Литературный критик", 1933, № 5, стр. 113).

97 Это положение раскрывает глубинное различие двух поэтических систем, с указания на которое начинается данный раздел статьи. В своей "мандельштамовской" части утверждение Тынянова согласуется с известным рассуждением самого поэта (может быть, подсказано этим рассуждением) относительно "слова - Психеи" (О. Мандельштам. Слово и культура.
– "Дракон", вып. 1. Пб., 1922, стр. 77). Подробная характеристика поэтики Мандельштама впервые была предложена В. М. Жирмунским в статье "Преодолевшие символизм" (1916, добавление - 1921; см. Жирмунский, стр. 302-313, 327-332). Он описывал искусство Мандельштама (используя термин Ф. Шлегеля) как поэзию поэзии, создаваемую на основе "чужой" художественной культуры. Тыняновский подход был существенно иным - вполне в соответствии с общим различием позиций этих ученых в 20-х годах. Две эти характеристики во многом предопределили направление дальнейшего, активно развернувшегося лишь спустя несколько десятилетий изучения, хотя и охватывали творчество поэта только до 1924 г. См.: Л. Гинзбург. О лирике. Л., 1974, гл. "Поэтика ассоциаций". Показанная Тыняновым (ср. также наброски доклада Эйхенбаума о Мандельштаме, 1933 - "День поэзии". Л., 1967) ориентация Мандельштама на построение сложных, "непереводимых" внутристиховых смыслов обусловила появление в последнее время ряда работ, ставящих целью расшифровку этих смыслов, отыскание семантического ключа, находящегося в данном тексте или за его пределами (Ю. И. Левин, Д. М. Сегал) ; несомненно фундаментальное значение для таких работ принципов ПСЯ. Ср. разбор стихотворений "Я не знаю, с каких пор..." и "Я по лесенке приставной...", отправляющийся от наблюдений Тынянова: К. Тарановский. О замкнутой и открытой интерпретации поэтического текста.
– American Contributions to the VII Intern. Congress of Slavists, 1973. Особое направление таких изучений - поиски в насыщенных культурным словом текстах Мандельштама цитат и реминисценций предшествующих литературных систем - было начато известной статьей К. Ф. Тарановского (в сб.: То Honour Roman Jakobson. The Hague - Paris, 1967) и продолжено в других его статьях о поэте и работах его учеников. См. один из наиболее удачных образцов такого подхода: О. Ронен. Лексический повтор, подтекст и смысл в поэтике Осипа Мандельштама.
– Slavic Poetics. Essays to Honour of Kiril Taranovsky. The Hague - Paris, 1973 (сборник содержит еще шесть работ поэта).