— Ты с ума сошла? Такой глупости я еще никогда не встречал! Что на тебя нашло? — уставился на нее Саймон.

— По-моему, это прекрасная идея, — возразила Сабрина.

— Прекрасная идея! — возмутился он. — Да только вчера ты стояла на этом самом месте и говорила мне, к тому же заметь, очень убедительно, как одно его присутствие все портит и ты была бы счастлива отправить его на съедение рыбам на дно морское. А сейчас хочешь выйти замуж за этого человека!

— Я просто передумала, — заносчиво фыркнула она, — Кроме всего прочего, брак с Уайлдвудом решит все мои проблемы.

— О? — Он с насмешливым видом приподнял выцветшие на солнце брови. — Будь добра, объясни мне, как твой брак с человеком, которого ты почти не знаешь и терпеть не можешь, поможет что-либо решить?

— Я поставила перед ним определенные условия, и он готов выполнить их. Во-первых, он обещал не отменять свое разрешение на брак Белинды и его сына. Теперь ее будущее обеспечено. И он согласился на равноправное партнерство со мной в любом деловом предприятии.

— Под деловым предприятием ты подразумеваешь поиски французского золота?

— Именно это, — кивнула она.

— Ты рассказала ему о золоте?

— Боже мой, нет! Я даже боюсь думать, что он скажет по этому поводу. Но рано или поздно он все равно узнает, и таким образом я заручилась его обещанием и обеспечила себе долю.

— Мне кажется, если ты будешь замужем за этим человеком, нет необходимости давать за дочерью приданое. И нет никакой нужды искать это золото.

— Нет, Саймон, — затрясла она головой, — я больше никогда не буду материально зависеть от мужчины.

— Но когда я впервые тебя встретил, ты только что овдовела. Если вспомнить, ты радовалась своей свободе не меньше, чем горевала о потере мужа, — тихо сказал он, стараясь поймать ее взгляд.

— Саймон! Это неправда! — резко перебила она, не желая признаваться в чувствах, для осознания которых ей потребовались годы. — Получается, что я радовалась тому, что Джек умер. Я никогда не желала ему смерти. — Она опустилась на стул, откинув голову на спинку и глядя невидящими глазами на низкие балки потолка. — Я только хотела, чтобы он… стал взрослым. Жизнь с Джеком была одним бесконечным развлечением. Великолепным полуночным маскарадом. Фривольным, возбуждающим, полным похождений. Но даже самые веселые празднества со временем надоедают. И я очень устала жить не по средствам, вечно притворяться, что не знаю, как велики наши долги, и делать вид, что завтра никогда не наступит.

Сабрина на минуту закрыла глаза, погруженная в воспоминания о своем замужестве. Отогнав их, она твердо закрыла дверь в прошлое.

— Не могу поверить, чтобы этот человек согласился на твои условия, — проворчал Саймон. — И все равно не понимаю, почему тебе надо выходить за него.

— Я отправляюсь в довольно дикие места, — надменным тоном заявила она. — В одиночестве. Без охраны. Иногда женщине для защиты необходимо хотя бы имя мужчины.

— Ха! — хмыкнул он. — От этих слов несет ложью сильнее, чем от тухлой рыбы. Я видел, как ты держала в страхе буйную ватагу контрабандистов и справлялась с просоленными морскими волками на корабле. Черт побери, я сам научил тебя обращаться с ножом. И вот, оказывается, тебе нужен мужчина для защиты.

Она встала и прошлась по каюте.

— Учитывая брак наших детей и его интерес ко мне как к будущей идеальной жене, я опасаюсь, что в конце концов он узнает правду. — Она умоляюще посмотрела на Саймона. — Как ты не понимаешь? В качестве его жены я не только получу его имя, но и уважение к его титулу, положению и богатству. Он будет вынужден сделать все, чтобы меня не разоблачили. Публичный скандал погубит его, а я подозреваю, что Уайлдвуд — человек с большими амбициями.

— И все же я не… — Он замолчал и пристально посмотрел на нее. — Ты перестала владеть собой, не так ли? Вот в чем дело! Это все объясняет! Что же он такого сказал, что ты до такого додумалась?

— Он назвал меня скучной и унылой, — пробормотала она, поежившись под его взглядом.

— А разве ты все эти годы не добивалась, чтобы люди считали тебя именно такой?

— Да. Нет. О, не знаю. — Она снова села и наморщила нос. — Я вела себя как очень респектабельная леди, никогда не выдавая своих чувств и не теряя самообладания. Но в последнее время я чувствую себя по-другому. Я ощущаю себя больше контрабандисткой, чем леди. И когда он назвал меня скучной и унылой и… — она растерянно посмотрела на него, — образец добродетели как-то незаметно исчез.

— Так ты выходишь замуж, чтобы его проучить? — проворчал Саймон. — Это безрассудство и настоящая глупость.

— Все это я не раз повторяла самой себе. Знаю, что поступаю как идиотка. — Сабрина остановилась, решая, можно ли такое сказать Саймону, затем, отбросив осторожность, продолжила: — По правде говоря, все будет не так уж плохо. Это всего лишь брак по расчету. Я должна буду появляться в обществе, когда съезжается свет, и во время заседаний парламента, но, полагаю, потом мы будем жить совершенно отдельно.