Шрифт:
Дон начал бесшумно подниматься по лестнице.
Галерея, представлявшаяся узкой из-за своей длины, тянулась с юга на север. Коричневая ковровая дорожка покрывала деревянный пол. В дальнем конце галереи из-под арочного проема вверх уходила еще одна лесенка, ведущая в Синюю гостиную. Свет проникал в помещение сквозь три больших окна-фонарика, расположенных в глубоких нишах.
Рядом стояли курительные столики, кресла модной расцветки и стеллажи с книгами. Но самое сильное впечатление здесь производили портреты предков Деверо, поразительно живые и яркие, полностью занимавшие западную стену. Дневной свет за окнами начинал меркнуть; казалось, и здесь царило безлюдье.
И тут Холден застыл на месте, услышав голос, молодой и такой жалобный, что сжималось сердце. Его обладатель, очевидно, полагал, что он здесь один; он бормотал негромко, но звук отчетливо разносился под высокими сводами.
— Господи, помоги мне! Пожалуйста! — молил жалобный голос. — Пожалуйста, Господи, помоги!
Слова звучали немного наивно, но с подкупающей искренностью. В алькове среднего окна, низко опустив голову и прикрыв лицо руками, скорчился в кресле худощавый длинноногий юноша в спортивном костюме.
Глава 8
Холден, крадучись, снова спустился по лестнице. Когда кто-нибудь, не важно, по какой причине, ищет уединения, чтобы излить свои чувства, не стоит демонстрировать ему, что его исповедь подслушана.
Поэтому майор выждал несколько секунд в комнате с фресками, прежде чем, нарочито громко покашливая, поднялся по лестнице и медленно двинулся вдоль ряда портретов, пристально следивших за ним со стены.
Худощавый длинноногий юноша лет девятнадцати-двадцати теперь откинулся на спинку кресла и сидел прикрыв глаза ладонью, словно от яркого света, и глядя на поле сквозь окно алькова.
— Здравствуйте! — произнес Холден, остановившись рядом с ним.
— Добрый вечер, сэр!
Автоматически, как встает школьник при появлении в классе учителя, юноша попытался вскочить, но Дональд, улыбнувшись, жестом остановил его:
— Моя фамилия Холден. А вы Рональд Меррик, не так ли?
Юноша удивленно смотрел на Дональда. Выражение душевной муки, еще несколько мгновений назад искажавшее лицо незнакомца, бесследно исчезло.
— Точно, — ошеломленно подтвердил он. — А откуда вы знаете?
— Просто догадался. Хотите сигарету?
— Сп… спасибо.
И в этот момент Холден понял, что обрел союзника, потому что этот молодой человек инстинктивно признал в нем родственную душу, учителя, достойного уважения и доверия.
— Скажите, сэр, — юный Меррик торопливо чиркнул спичкой, — вы до войны не работали в Лаптоне?
— Работал, — кивнул Дон.
— Значит, это о вас рассказывал Том Клаверинг! И… подождите-ка!.. Вроде бы Дорис слышала от Силии, — его глаза загорелись, — что вы служили в МИ-5? Неужели в разведке?
— Совершенно верно.
Темноволосый симпатичный Рональд, чья внешность заставляла вспоминать героев Байрона, был не лишен лоска.
Холден внимательно наблюдал за юношей, пока тот курил, сидя в кресле, в старом спортивном костюме с кожаными заплатами на локтях. У Меррика было лицо художника и руки художника, а в душе кипела неудовлетворенность, присущая художникам, однако волевой подбородок указывал на сильную натуру, как и жесткий разворот плеч.
— И вам приходилось жить под чужим именем? — Восхищенный молодой человек зачарованно смотрел на Дональда. — И прыгали с парашютом?
— Иногда и такое случалось, — улыбнулся Дон.
— Вот это да! — восторженно выдохнул Рональд Меррик, и его тело напряглось. Вероятно, в его воображении собственная несчастная судьба казалась жалкой противоположностью этой блестящей и увлекательной игре, состоящей из переодеваний, погонь, прыжков с парашютом и лихого одурачивания офицеров гестапо, какой обычно выглядит жизнь разведчиков в захватывающих боевиках.
И вдруг, в отчаянии ударив кулаком по подлокотнику, Рональд выпалил:
— Скажите, сэр, ну почему жизнь такая?.. Такая…
— Мерзкая штука? — подсказал Холден.
— Да, именно, — немного удивленно подтвердил Меррик.
— Потому что она часто такая и есть, Ронни, — вздохнул майор. — Я тоже иногда размышляю об этом.
— Вы?!
— Да. Все зависит от обстоятельств.
Ронни долго рассматривал кончик дымящейся сигареты, потом прокашлялся и спросил:
— Скажите, сэр, вы знакомы с Дорис Локи?
— Да, я давно ее знаю, — откликнулся Рональд.
— И конечно же знакомы с… — лицо его помрачнело, — с мистером Маршем?