Она знала, что, возможно, видит его в последний раз и, не удержавшись, прошептала:

— Любимый мой, жизнь моя! Я всегда буду любить тебя…

Услышав эти слова, Гельмут обнял ее еще крепче.

— Спасибо, что пришел, Гельмут, — сказала Джордан, притворяя за ним дверь книжного магазина, вешая табличку «ЗАКРЫТО» и опуская штору.

— Дорогая, ты сорвала меня с места в разгар очень важных переговоров. — Было очевидно: Гельмут недоумевал, по какой причине она вызвала его, да еще настояла, чтобы он приехал немедленно. — Я, признаться, нахожусь в некотором замешательстве. Чем вызвана подобная срочность?

— Извини меня, Гельмут, но я не могла больше откладывать этот разговор. — Джордан провела его в свою квартиру над магазином, включила в гостиной свет и, предложив гостю стул, села на диван.

— Гельмут, я не выйду за тебя замуж.

Ну, вот и все, слова сказаны. Это оказалось совсем несложно. Женщина не почувствовала никакой боли. Почему только она не произнесла их раньше! Гельмут не обрушился на нее с упреками, не стал выкрикивать обвинения. Он вообще ничего не сделал — просто сидел и смотрел на нее пустыми глазами.

Наконец, немного оправившись, он подался вперед и стал искать на ее лице следы душевного расстройства.

— Дорогая, тебе нехорошо. Ты ведь это не всерьез. Ты не в состоянии рассуждать здраво. Может быть…

— Со мной все в порядке, Гельмут. Я уже давно не чувствовала себя так хорошо и говорю вполне серьезно: я не выйду за тебя замуж.

Его натура бизнесмена взяла верх, и он откинулся на спинку стула, положив ногу на ногу.

— Признаться, я заметил в наших отношениях какую-то перемену после той ночи, когда вы с Ривзом были застигнуты бураном в горах. Видимо, это стало для тебя слишком сильным потрясением. Такое бывает, уверяю. Я думаю, со временем ты придешь в себя и снова обретешь способность здраво рассуждать.

В его словах была такая самоуверенность, что Джордан не смогла удержаться от улыбки.

— Нет, Гельмут, — покачала она головой, — я решила, что не выйду за тебя замуж, задолго до этого случая, и время не заставит меня изменить свое решение.

С минуту он молчал, оценивая твердость, звучавшую в ее голосе, и решительное выражение лица.

— Почему? — лаконично спросил он.

— Видишь ли, Гельмут, я очень хорошо к тебе отношусь, мы провели вместе много незабываемых часов. Я, наверное, никогда не смогу отблагодарить тебя за твою щедрость и не забуду твою доброту… — Женщина встала и обошла вокруг дивана, разглаживая ткань, которой он был обтянут, — Но я не люблю тебя так, как жена должна любить мужа. Брак без любви? Это было бы нечестно по отношению к нам обоим. Нас с тобой разделяют многие мили — и в прямом, и в переносном смысле. Мир, в котором существуешь ты, — чужой для меня. Я буду там…

— Позволь мне самому судить об этом, Джордан, — возразил мужчина.

Она улыбнулась:

— Я не подвергаю сомнению твой талант действовать быстро и уверенно, когда это касается вопросов бизнеса, но в данном случае я полагаюсь на свои чувства. Я ведь — не стажер в твоей компании, которого ты можешь вырастить и сформировать по своему усмотрению.

— Неужели я дал тебе повод так думать о себе? В таком случае мне очень жаль. В мои планы никогда не входило превращать тебя в кого-либо, кем ты не являешься.

— И вот еще одна причина, заставившая меня принять такое решение, — продолжала она. — Возможно, сейчас ты действительно считаешь меня забавной. Я ведь очень отличаюсь от всех женщин, с которыми ты общался прежде. Но надолго ли сохранится у тебя это ощущение новизны? Что произойдет, когда ты устанешь от меня?

— Я люблю тебя такой, какая ты есть, Джордан.

— И будешь любить до конца жизни?

Это был непростой вопрос. Гельмут резко отвернулся, и женщина поняла: она наконец достигла цели и заставила его впервые задуматься о том, о чем он никогда не думал раньше. — У меня уже был один брак, который в итоге развалился, и с меня достаточно. Кроме того, я не хочу становиться причиной еще и твоих страданий.

— Ты ею не станешь, — рассеянно откликнулся он.

— Стану, Гельмут. Я хочу покоя. Мой бывший муж сулил мне дом, детей, стабильность, но не дал ничего. А поскольку ритм твоей жизни гораздо быстрее, чем у него, я скоро отстану от тебя и сойду с дистанции. Я всего лишь старомодная американская девица, в голову которой крепко вбили все предрассудки Среднего Запада. Мне дорог каждый день, прожитый мной за границей, и я не променяю этот опыт ни на что, но я все равно хочу вернуться домой. Пожалуйста, прости меня, если я сделала тебе больно. Поверь, так будет лучше.

— Но почему же в таком случае ты приняла мое предложение? — спросил он с легким налетом аристократического высокомерия.

— Разве я когда-нибудь говорила, что приняла твое предложение? — лукаво спросила Джордан.

На лице Гельмута впервые появилась улыбка.

— Да, пожалуй, — согласился он. — Я, видимо, слишком привык к тому, что все всегда бывает по-моему.

— Ты просто сокровище, Гельмут! — Джордан рассмеялась. Вынув из кармана юбки бархатную коробочку, она подошла к его стулу.