— От Эммы Роллинс, — объявил он и показал их Райму. — Результаты по магазинам Манхэттена. За последние два дня в одиннадцати из них телячьи ноги были проданы клиентам, которые покупали менее пяти наименований товаров. — Том начал вписывать в таблицу адреса и обратился к Линкольну: — Названия магазинов указывать?

— Обязательно. Они нам понадобятся позже. Том внес все данные в таблицу.

— Это несколько сужает район поисков, — заявила Сакс. — Все-таки не весь город.

— Спокойствие, — предупредил ее сам невыдержанный по натуре Райм.

Мел Купер корпел над соломинками, собранными Амелией. Потом отложил их, заметив:

— Ничего особенного тут нет.

— Они свежие? — с надеждой в голосе спросил Линкольн, подумав, что если это так, метла могла быть куплена в одном из магазинов вместе с телятиной.

— Я думал над этим, — словно прочтя его мысли, отозвался Мел. — Нашим уже полгода, если не больше. — Затем он принялся трясти одежду Монелл над расстеленным листом бумаги.

— Ну, тут-то есть кое-какие частицы.

— Хватит для анализа на плотность?

— Боюсь, что нет. Буквально пылинки и, скорее всего, с места преступления.

Купер разглядывал то, что ему удалось вытряхнуть и смести щеткой с окровавленной одежды девушки:

— Кирпичная пыль. Почему ее так много?

— Это из-за того, что я стреляла по крысам. А там кругом кирпичные стены, — призналась Сакс.

— Ты стреляла? На месте преступления? — Лицо Райма перекосило.

— Да, ну и что? — ощетинилась Амелия. — Они ползали по всему телу жертвы.

Линкольн рассердился, но решил не заострять на этом внимания, а лишь добавил:

— Ну, теперь мы можем ожидать загрязнения образцов чем угодно: свинцом, мышьяком, серебром или окисью углерода.

— А вот… еще один крохотный кусочек красноватой кожи. От перчатки. И… Какие-то волокна. Но уже другие, не как прежде.

Криминалисты любят работать с волокнами. Сейчас Купер обнаружил крошечный пучок серых волокон, едва видимых невооруженным глазом.

— Великолепно, — прокомментировал Райм. — Что-нибудь еще?

— Вот фотографии места преступления и отпечатков, — подключилась Сакс. — Один снят с шеи Монелл, другой — на том месте, где преступник поднимал перчатку. — Она поднесла их ближе к глазам Райма.

— Хорошо, — похвалил ее Линкольн, внимательно изучив снимки.

На лице Амелии появилось выражение легкого триумфа. Лихорадка случайного выигрыша, являющаяся обратной стороной ненависти к себе за собственное дилетантство.

Райм все еще изучал поляроидные фотографии, когда на лестнице послышались шаги Поллинга. Он вошел в комнату и, не скрывая удивленного выражения при виде ухоженного Райма, направился к Селитто:

— Я только что с места преступления. Вам удалось спасти жертву. Отличная работа, парни. — Сказав это, он посмотрел на Сакс, как бы подчеркивая, что его похвала относится и к ней. — Однако этот выродок похитил еще одну жертву?

— Или собирается это сделать, — пробормотал Райм, разглядывая отпечатки.

— Мы как раз сейчас работаем над «ключевыми» предметами, — пояснил Бэнкс.

— Джим, я пытался с тобой связаться, — обратился Селитто к Поллингу. — Даже звонил в кабинет мэра.

— Я был у шефа. Выпрашивал буквально на коленях подбросить еще людей для поиска. Удалось выклянчить пятьдесят человек, занятых на охране конференции ООН.

— Капитан, нам надо поговорить. Появилась проблема. На последнем месте преступления произошло нечто…

В комнате, неизвестно откуда, раздался громовой голос:

— Проблема? У кого здесь появились проблемы? У нас нет никаких проблем. Ва-а-а-ще!

Райм перевел глаза на появившегося в дверях высокого худого мужчину. Он был черен, как начищенный сапог, в смешном зеленом костюме и сияющих, как зеркала, ботинках. Сердце Линкольна упало:

— Деллрей!

— А, Линкольн Райм. Персональные «Железные ребра» Нью-Йорка. И Лон тут? Да еще и Поллинг? Как делишки, паря?

За спиной Деллрея виднелись фигуры нескольких мужчин и одной женщины. Райм в одну секунду понял, зачем сюда заявились федеральные агенты. Деллрей внимательно изучил собравшихся в комнате офицеров полиции, при этом его взгляд, наткнувшись на Амелию Сакс, просветлел.