Новый министр не очень благоволил к РУОПу, считая его организацией, чрезмерно вышедшей из-под контроля власти. «Трудно угадать, – думал Воинов, – в чем дело, может быть, этот фактор тоже повлиял на то, что новый министр поссорился с начальником РУОПа». И логическим завершением этого служебного расследования было взыскание, наложенное на Воинова, и перевод его из отдела заказных убийств в обычный отдел, занимающийся борьбой с наркотиками. Более того, после этого перевода Воинова практически не допускали к оперативной работе.

Он занимался канцелярской работой – работал на компьютере, вел переписку, заполнял бланки, схемы, писал протоколы. В общем, делал все то, что обычно выполняет стажер или новичок, у которого нет никакого опыта.

Воинов неоднократно порывался написать заявление об уходе. Вот и сейчас он держал перед собой чистый листок бумаги и хотел уже вывести заголовок: «Начальнику РУОПа. Рапорт об увольнении». Но неожиданно раздался стук в дверь. Дверь открылась, и Воинов увидел замначальника РУОПа. Конечно, теперь он уже не был его непосредственным начальником, но по старой привычке Воинов встал и поприветствовал старшего по званию.

– Что делаешь, Олег Иванович? – спросил замначальника.

– Да вот, сижу, думаю, как жить дальше, – невесело улыбнулся Воинов.

– Пойдем-ка на улицу. Там потеплело. Покурим, поговорим.

Воинов встал, вышел в коридор, закрыл кабинет и пошел вслед за полковником на улицу. Выйдя из здания, замначальника обернулся, словно проверяя, не идет ли кто за ними, и, неожиданно взяв Воинова под локоть, сказал:

– Я ведь, Олег Иванович, ухожу из РУОПа...

– Как? – удивленно проговорил Воинов.

– Точнее, если честно, то меня уходят. И не только меня, но и начальника.

– Владимира Ивановича?

– Да. Там у него с министром какие-то непонятки пошли. Сначала он ему повышение предложил. Но куратором этой должности стал человек, с которым Владимир Иванович не в очень хороших отношениях. И он отказался. Короче, нам дальнейшая работа в РУОПе заказана.

– И куда же вы теперь пойдете?

– Вот я и хочу сосватать тебя вместе со мной на мое новое место работы. Пойдешь ко мне?

– Так куда же вы идете? – допытывался Воинов.

– В налоговую полицию. Там сейчас многие ребята из ГБ бывшего работают, нашего брата тоже охотно берут.

– Эмвэдэшников?

Замначальника хмыкнул, специально подчеркивая разницу между эмвэдэшниками и сотрудниками РУОПа.

– Нет, руоповцев, наших. И вообще, ходят слухи, что РУОП расформируют. Там еще такая вещь неприятная...

– То-то я думаю, почему нас от дела-то отстранили по нелюбинской группировке!

Замначальника махнул рукой:

– Да там много других причин. Считают, что якобы мы занимаемся «крышеванием».

Но Воинов прекрасно знал, что это правда. Многие старшие офицеры, да и некоторые офицеры среднего звена, не говоря о начальстве, имели своих знакомых коммерсантов, и те отчисляли им деньги, а за это просили иногда либо прикрыть от откровенного криминала, либо выполнить ту или иную работу. В пределах разумного, конечно. Но пределы эти у разных сотрудников тоже были разными. Кто-то переступал порог дозволенного.

Воинов знал, что несколько человек уже сидели под следствием в Лефортове за превышение служебных полномочий, некоторые за вымогательство, а некоторые просто за откровенный рэкет. Как говорится, власть – это определенный соблазн, и Воинов это прекрасно понимал.

– Короче, спецслужбы, – продолжал замначальника РУОПа, – угадали какую-то связь между РУОПом и некоторыми коммерсантами, с которыми работал Олег Нелюбин. Одним словом, как ты сам понимаешь, все это сыграло решающую роль в нашей дальнейшей судьбе. Ну как, пойдешь со мной в налоговую полицию или тут останешься, компьютерщиком?

– Конечно, пойду, – сказал Воинов. – Кстати, можно спросить? Я как-то все не решался следователю звонить, он стал какой-то загадочный в последнее время. Что с нелюбинской группировкой?

– После смерти Нелюбина многие стали признаваться, рядовые боевики. Некоторые в «отказе». Пока все под следствием. То городской суд собирается их судить, то дело просят передать в область, в суд присяжных... Но суд до сих пор не начинается. А пока они получили небольшие сроки наказания.

– У меня тоже кое-какие новости есть, – сказал Воинов. – У меня там по делу проходил Сергей Свешников по кличке Свеча.