Дальше события развивались по обычному сценарию. Выйдя из здания аэропорта, мы простились с Ликой, посадили ее в такси, сами же сели в другую машину и направились к гостинице, которая была заранее зарезервирована туристической фирмой.

Поднявшись в номер, я тут же пошел принимать душ. Максим пододвинул к себе телефон и стал кому-то звонить. Мне это показалось странным. Человек, который впервые приехал в Грецию, почти полтора часа сидит на телефоне и с кем-то переговаривается! Я не знал, звонил ли он в Москву или делал местные звонки. Вообще, у меня появилось такое чувство, что Максим собирается что-то делать параллельно мне, не ставя меня в известность.

Отогнав эти мысли, я решил, что дальнейшие события расставят все по своим местам.

Утром мы отправились в туристическую фирму, где без труда наняли русскоязычного переводчика. Обычно в туристических фирмах работает много русских, бывших эмигрантов, в основном понтийских греков – их еще называют русскоязычными греками. Таким переводчиком оказался двадцатипятилетний парень по имени Николас, которого в России звали Николай. Мы с Николасом отправились на виллу, которую в последнее время снимал Солоник.

Надо сказать, что нам сразу сопутствовала удача. Максим, выдавая себя за русского журналиста, с помощью Николаса легко вошел в контакт с соседями. Через несколько минут он уже имел информацию о последних днях Солоника.

Затем Максим остался с переводчиком собирать материал, а я поймал такси и отправился в гостиницу. У меня был собственный план расследования. Прежде всего мне нужно было прозвонить телефоны, список которых в прошлый раз мне дал Нелюбин.

Особо афишировать свои звонки перед Максимом мне не хотелось. Поэтому я, закрывшись в гостиничном номере, стал набирать номера. Но, к моему разочарованию, одни телефоны были отключены, а другие сменили владельцев.

Все же в конце дня меня ждала удача. Набрав номер переводчика Кости Грека, я услышал мужской голос. Трубку снял сам Костя.

Костя слышал обо мне и, как я понял из нашего разговора, сам собирался выйти со мной на связь. Я договорился встретиться с ним вечером. Решив не афишировать это, я договорился встретиться с ним в небольшом кафе, что находилось недалеко от нашей гостиницы.

В назначенное время я сидел за столиком и разглядывал посетителей кафе, пытаясь вычислить Костю, так как думал, что он пришел пораньше и наблюдает за мной. Вскоре к моему столику подошел высокий крупный парень с короткими черными волосами. На вид ему было около тридцати. Раньше он жил в Северном Казахстане вместе с родителями. Но когда в конце восьмидесятых многие российские греки стали возвращаться на родину, Костя с родителями тоже уехал. Уже около десяти лет он находился в Греции. Заработка стабильного у него нет, поэтому он и подрабатывает при случае. Когда он в одном из баров познакомился со своим будущим работодателем, а именно с Солоником – конечно, Костя не знал тогда, кто это, – то охотно начал с ним работать.

Первоначально в обязанности Кости входили услуги переводчика, закупка продуктов, поездки вместе со своим хозяином в различные места города и кое-какие домашние дела. Солоник выдавал себя за русского бизнесмена, у которого возникли большие проблемы в России. Но позже, когда Костя уже знал, кто скрывается под именем Владимира Кесова, он понял, что что-то в поведении Солоника было странным.

Позже Солоник сделал себе пластическую операцию, изменив нижнюю часть лица. Костя рассказывал, что первоначально Солоник соблюдал меры безопасности – ходил в кепочке, в людных местах появлялся только в исключительных случаях. Но потом произошли изменения в его поведении. Дело в том, что из России стали поступать газеты, Солоник поставил спутниковую антенну и смотрел российские программы.

Как-то в один из дней показывали по российскому телевидению документальный фильм о киллере Солонике. Вот тогда Костя и понял, что Владимир Кесов и Александр Солоник – одно и то же лицо.

Солоник особо этого уже не скрывал. Как-то они заговорили об этом. Костя сказал Солонику, что это его не касается, он получил работу и в любом случае будет работать дальше.

Солоника этот ответ устроил. Затем у него появилась мания величия. Позже, когда его связи стали все больше расширяться и он стал все чаще бывать в ночных клубах, выписывать себе проституток, встречаться с выписанными из России, он прямо говорил многим, что он и есть тот самый знаменитый «киллер номер 1».

Костя смотрел на него с удивлением. Несколько раз он даже спрашивал, зачем Солоник это делает. Солоник соглашался, что говорить этого не нужно, но он ничего с собой поделать не может. Он был человеком с болезненно развитым тщеславием. Неоднократно говорил Косте, что про него напишут книги, снимут фильмы, что он является легендой.

Однажды Костя был свидетелем сцены, когда владелец одной таверны, где часто ужинал Солоник, предложил ему разместить среди фотографий почетных посетителей и его снимок из книги «Москва бандитская». Солоник сначала дал согласие, а потом категорически отказался.

– В общем, – сказал Костя, – информация о том, что в Греции живет Солоник, была достаточно распространена.

Тогда я спросил Костю, что было интересного в последние дни жизни Солоника.

– Честно говоря, в последние дни я его почти не видел. Так получилось, что мой контракт с ним был приостановлен с того момента, когда рядом с Солоником появился незнакомый мужчина. Впоследствии я понял, что это его двойник. Где он его нашел, я не знаю. Он привез его из одной своей поездки. По-моему, его звали Валера.