– Почему ты решил, что это его двойник?

– Он был очень похож на него. Одного с ним роста, примерно такого же телосложения, лицо похоже. Потом Солоник сказал мне, что он временно расторгает контракт со мной, но потом обязательно возобновит. Я получил хорошее вознаграждение, так сказать, выходное пособие, и перестал ездить на виллу Солоника.

– А дальше?

– А дальше произошли те самые страшные события – якобы его смерть.

– Почему якобы?

– А потому, что я не верю в то, что он убит. Он постоянно ходил с оружием и ни с кем из незнакомых людей не контактировал. И потом, те, кто за ним стоял, были достаточно влиятельными. Они не могли допустить, чтобы его убрали. Слишком дорого он им обошелся...

– А что за люди за ним стояли?

– Он мне немного рассказывал, – сказал Костя. – Какая-то серьезная организация его опекала. После того как я узнал о его гибели, я решил, что отголоски этого могут коснуться и меня, и решил уехать из страны.

– Поэтому я и не смог тебя найти тогда, – сказал я.

Костя кивнул.

Мы посидели в кафе еще некоторое время, разговаривая на эту тему. Вскоре мы простились и договорились, что встретимся еще раз. Костя охотно согласился помочь мне в моем расследовании.

Вскоре в гостиницу вернулся Максим. У него тоже были новости. Максим сказал, что он от соседей узнал очень много. В основном они рассказывали об образе жизни Солоника, например о том, что сначала он вел достаточно скрытный образ жизни, а потом у него стали появляться друзья.

Часто из Москвы к нему приезжали какие-то ребята, как он говорил, его земляки. Пару раз приезжали солидные люди, совершенно непохожие на братву. Вероятно, это и были люди из таинственной организации, которая его опекала...

Также Солоник вызывал девушек. Сначала они были разные. Но в последнее время чаще стала приезжать одна и та же, имени которой соседи не знали. Но самое интересное было другое. Об этом ему поведал хозяин таверны, в которой часто бывал Солоник.

– Так вот, – продолжал Максим, – самое главное заключалось в следующем. Всю его деятельность и все приезды к нему контролировали греки.

– Греки? – переспросил я. – А кто именно?

– Пока неизвестно. То ли полицейские, то ли спецслужбы. Короче, если ехать в сторону местности, где живет Солоник, сворачивать с основной эстакады на проселочную дорогу, которая ведет наверх, к его вилле, то внизу, если ты обратил внимание, стоит киоск, где продают газеты и журналы.

– Конечно, не обратил, – улыбнулся я. – Я же не сыщик, а адвокат.

– Так вот, – продолжал Максим, не обратив внимания на мою иронию, – этим киоском владеет грек. А днем он работает полицейским.

– И что из этого следует?

– Ты же понимаешь, что он там не просто так сидит. Он отслеживает. Другое дело, неизвестно, на кого он работает. Но в ближайшее время я постараюсь это узнать.

– А ты сам с ним разговаривал?

– Разговаривал.

– Как же тебе это все удается? – удивился я. – Так быстро входить с людьми в контакт?

– А я знаю приемы. Потом тут играет большую роль психологический фактор. Место на отшибе, можно сказать, провинция. Для них появление российского журналиста – в какой-то мере сенсация. Плюс хорошее угощение за мой счет. Поэтому я быстро раскручиваю людей на разговоры.

– Так, значит, ты разговаривал с этим полицейским-киоскером?

– Да, конечно. И самое главное – я узнал у него вот что. Оказывается, накануне его гибели Солоник приезжал на виллу с кем-то на белом джипе. А затем к нему на виллу нагрянули люди в штатском. Полицейский, естественно, заинтересовался ими. Это были греческие спецслужбы. Они приехали его забирать.

– Как это?

– Да так. Говорят, его повезли в тюрьму. Полицейский завтра обещал узнать название тюрьмы, где сидел Солоник.

– Разве он сидел в тюрьме?

– Выходит, сидел. Мы обязательно все это распутаем! На следующий день мы должны были встретиться с полицейским-киоскером. Встав утром, мы быстро собрались и, сев во взятую нами в аренду машину и захватив с собой переводчика Николаса, отправились на встречу. Она должна была состояться на выезде из Афин, с правой стороны эстакады.

Приехав в назначенное место, мы простояли там минут десять. Потом мы заметили, что рядом с нами припарковался небольшой «Фиат». Из машины вышел грек небольшого роста лет пятидесяти-шестидесяти, коренастый, темноволосый.

Улыбнувшись, он тепло поздоровался с Максимом и Николасом, а затем протянул руку мне. Затем он вопросительно посмотрел на Максима. Тот сказал:

– Это мой коллега, тоже тележурналист.

Николас перевел. Грек кивнул головой. Вскоре мы сели в машины и отправились в афинский пригород Мениди. Там должна была быть тюрьма, где, как выяснилось, сидел некоторое время Солоник.