– Извините, а с кем я говорю? – все же решил поинтересоваться я.

Незнакомец молчал.

– Вы начальник Максима? – решил подсказать ему я.

– В какой-то мере да. Я его куратор.

– А как вас зовут?

– Называйте меня Геннадием Михайловичем.

– Геннадий Михайлович, значит, я постараюсь к нему сегодня попасть.

– Да, пожалуйста, постарайтесь.

– А потом мне вам позвонить?

– Нет, звонить не нужно. Я сам позвоню вам.

– Тогда запишите мой телефон...

– Не надо, я его знаю. – Видимо, сообразив что-то, он поправился: – Не надо его называть. Наверняка нас слушают.

Я положил трубку. Странно, откуда он знает мой телефон? С другой стороны, Максим мог подстраховаться и дать ему мой номер. Однако нужно решать проблему с Максимом.

Спустя некоторое время я позвонил Косте Греку.

– Костя, давай встретимся! Через несколько минут мы уже сидели в уютном греческом кафе. Я рассказал Косте обо всех наших приключениях.

– Да, дело серьезное, – сказал Костя задумчиво, – если его арестовали. Может быть, действительно попытался пройти в тюрьму? У вас за это сажают?

– Да, был такой случай. – Я вспомнил инцидент с банкетом в Бутырке, когда в 1994 году группа авторитетов незаконно прошла в следственный изолятор, чтобы навестить своих друзей. – Тогда многих из них арестовали, но арестовали за наркотики, за хранение оружия. А просто арест за незаконное проникновение в изолятор – у нас такой статьи нет.

Костя неопределенно пожал плечами.

– Да что гадать! Надо нанимать адвоката греческого и идти к нему, – сказал я.

– Давай. Я вот чем могу тебе помочь. К адвокату я с тобой схожу, помогу найти хорошего. Только вот туда, где Максим находится... Покажи адрес!

Я показал ему листочек.

– Это Афинское полицейское управление, – сказал Костя. – Я туда пойти не могу. Мне же тут жить... Что, опять прятаться? Мы же тут на виду. Ты уедешь, а мне оставаться. После этого что будет? Слежки, проверки, вызовы... Сам понимаешь, Греция – маленькая страна...

– Хорошо. А как же быть с переводчиком?

– Переводчика они тебе обеспечат. В полицейском управлении есть несколько русских переводчиков.

Вскоре мы с Костей сели в машину и поехали в центр города. Через несколько минут мы подъехали к семиэтажному зданию, больше похожему не на офис, а на жилой дом. Здание было из серого гранита, с большим подъездом, который закрывали большие стеклянные двери. Около них висело несколько табличек. Можно было догадаться, что здесь то ли живут, то ли имеют свои офисы врачи, адвокаты и люди, занимающиеся частной практикой. Костя быстро посмотрел на таблички и ткнул в одну из них.

– Вот, – сказал он, – поднимись на шестой этаж и нажми на кнопку.

– А ты? – спросил я. – Я же не говорю на греческом языке...

– Не волнуйся. Этот адвокат говорит по-русски. Он вел некоторые дела русских. Поэтому я его и знаю. Ладно, успехов тебе! – И Костя протянул мне руку. – Созвонимся.

Теперь и мне стало страшновато.

– Послушай, – сказал я, – если со мной что случится, то есть если я не выйду на связь, позвони тогда домой! – Я быстро написал номера своего домашнего телефона и телефона Коллегии адвокатов. – Сообщи, что я здесь. Обещаешь? – Я вытащил из бумажника стодолларовую купюру. – Возьми на телефонные разговоры!

Но Костя махнул рукой:

– Не надо, я все сделаю. Ты только не волнуйся – ты же ничего не нарушал.

– Но Максим тоже ничего не нарушал, я в этом уверен. Но тем не менее он арестован.

– Все будет нормально. – И Костя похлопал меня по плечу.

Я нажал на звонок домофона и услышал фразу на греческом языке. Я пожал плечами, не зная, что ответить. Но Костя находился еще не очень далеко. Он быстро сообразил, что делать, подошел к домофону и ответил что-то по-гречески. Через несколько секунд загудел звонок зуммера, дверь открылась.

Я вошел в достаточно просторный подъезд. Греческие подъезды в отличие от московских очень красивые. Все отделаны мрамором, там стоят кадки с экзотическими растениями. У лестницы – коврик, идеально чистый. Я подошел к лифту и вызвал его. Вскоре я поднялся на шестой этаж.

Выйдя на лестничную площадку, я обратил внимание, что на этаже находятся всего две квартиры. На каждой висела табличка. С одной стороны – табличка с фамилией доктора, с другой – адвоката Гойко Джурича. Я нажал на звонок нужной мне квартиры.

Дверь открыла женщина, одетая в темное платье с белым передником. Я хотел заговорить с ней, но, так как не владел греческим, только улыбнулся ей. Женщина в ответ улыбнулась и показала рукой, куда я могу пройти.

Пройдя через большую прихожую, я оказался у огромной белой двери. Женщина открыла мне дверь и пригласила войти. Я оказался в огромной комнате, около сорока квадратных метров. По одной стене стояло несколько книжных шкафов, набитых книгами. Напротив – два больших окна с белыми шторами. В центре стоял массивный стол, рядом с ним кресло. Стол был завален книгами. За столом сидел мужчина лет сорока—сорока пяти, высокий, темноволосый, с усиками, похожими на мои. Он поднялся и пошел мне навстречу, протягивая руку.