Затем устроила ревизию в шкафу, откопала летнее платье, которое хотя тоже было мне велико, но не бросалось в глаза, и поехала в торговый центр на окраине, где потратила часа три, закупаясь новой одеждой. Не буду врать удовольствие я получила потрясающее. Наверное, стоило мне захотеть, я влезла бы даже в костюмчик для младенцев. Перемерила я все что только можно и вылезла из магазина с огромной кипой вещей. Приехала домой, переоделась наконец в нормальную одежду и попыталась почитать ( на пляже мне ведь все равно появляться не стоило). Но вся домашняя атмосфера меня странно давила и угнетала. Поэтому я приняла самое разумное решение - завалиться к кому-нибудь в гости. Я спустилась вниз и минут десять сидела на крыльце у парадной двери, грызла раннюю клубнику и выбирала невинную жертву моего нашествия. Клубнику я предварительно вымыла в бассейне, но земля все равно немного скрипела на зубах. Впрочем, это волновало меня меньше всего, из своего сада можно и немытые ягоды есть. Путем тяжелых умозаключений я остановилась на троюродном брате Янеке. В другой день я бы конечно завалилась бы к Мон, но именно сейчас видеть ее мне не хотелось. Я все еще не могла простить ей эту подлянку на пляже. Так что я отряхнула с шорт клубничные хвостики, и, одним махом перескочив через низенький заборчик, поскакала к Солнечным домам. Именно поскакала, а не пошла. Привычка такая у меня есть - если мне противно и на душе кошки скребут, надо вести себя как можно счастливее, тогда хоть немного, но станет веселее. Поэтому я преодолела желание плестись нога за ногу носом в асфальт, и заскакала по тротуару, что-то напевая под нос. Скорее всего это был похоронный марш в фривольной обработке, а я походила на идиотку по пути на эшафот, но все равно мне уже было глубоко на все наплевать. Даже на противную соседку, которая опять привела свою шавку какать на наш газон. С этой шавкой я еще рассчитаюсь, решила я и временно отказалась от мести.

Таким вот бодрым аллюром я доскакала до конца улицы, перешла дорогу, пропрыгала территорию детского сада и остановилась. Я стояла ровно посередине между двумя основными корпусами Солнечных домов. Брат жил в корпусе справа, но у корпуса слева напротив был пруд с утками и качели, вот я и думала - может сначала уток погонять, а потом уже идти к брату? Повернулась направо, посмотрела туда... Повернулась налево, тоже посмотрела, наконец решила что утки подождут и вошла в подъезд в торце дома брата. Дом построен так, что сквозь всю постройку идет один большой коридор, от которого уже отходят внутренние лестницы к квартирам. В детстве мы я с Яном часто катались тут на роликах и велосипеде, очень удобно, даже есть где разогнаться.... А поскольку внутренних лестниц там как минимум десять, я внимательно читала надписи на почтовых ящиках, чтоб не пропустить нужную квартиру. Мне нужна 407.... проверив еще раз номер и фамилию, я одним духом влетела на третий этаж, и зазвонила в звонок. Но это так просто говорится, что я зазвонила. На самом деле я как нажала на кнопку, так и осталась ее держать. Когда я в таком возбужденном настроении, я иногда просто забываю о таких вещах...

Не стоит и говорить, что после отпирания дверей мне предстала ужасно недовольная, заспанная рожа. Но даже в таком неприглядном виде братец был для меня самым лучшим на свете, а потому я повисла у него на шее и стала целоваться. Я была рада по многим причинам. Во-первых, он наконец-то вернулся из армии, во вторых, там он стал такой большой и сильный, и можно не опасаться, что повиснув, сломаешь ему позвоночник еще раз (в первый раз он его сломал, когда принимал участие в автогонках). В третьих, я и так редко бываю тут, а из-за армии я его почти два года не видела - жуть. И в четвертых, я его просто ужасно люблю. И он меня тоже, кстати.

Только поэтому бить он меня не стал, лишь ограничился ласковым тычком в ребра, загреб в охапку и скинул на диван в гостиной. Очень кстати дома на тот момент никого не оказалось. Только не надо думать о непристойностях. Родственных связей у нас и правда кот наплакал, такие дальние родственники и за родню не считаются, но росли мы вместе и привыкли жить как брат и сестра. А с другой стороны, отношения иногда казались более глубокими, и мне он рассказывал то, что никому никогда не доверил бы. Таким образом мы уже несколько лет балансировали на грани родственников и любовников, никак не решаясь переступить черту, и не зная, стоит ли вообще это делать.

И вот тут-то бы мы наверное, на радостях ее и переступили бы ( пока сомнения не грызли и голова была затуманена радостью встречи), если бы.... Да, увы, и тут появилось это если.... такое огромное, килограмм на 110 если, в лице младшей сестры Яна, следовательно моей троюродной сестры, Яны. Я застыла как истукан по двум причинам. Первая - все-таки застали нас на интересном месте и в очень интересных позах... Зная Янку, можно было ожидать, что через час об этом будет знать вся наша половина города. А вторая... Подруга побила все рекорды по набиранию веса с тех пор как я видела ее в последний раз. Она и раньше была не маленькая, но теперь передо мной стояло нечто шарообразное в мини-юбке и крохотной маечке, наглядно демонстрируя солидную жировую прослойку и ничуть от этого не смущаясь. Кроме того она наполовину отстригла свои красивые каштановые волосы ( что было, пожалуй единственным, что оправдывало ее толщину) и покрасила их в жгуче-черный цвет. Всем общим видом она напоминала Клеопатру, которая вдруг занялась борьбой сумо. Зрелище, признаюсь, было не для слабонервных.

– Привет, - проблеяла я, пытаясь вылезти из-под... ну вы поняли...

Глаза сестры поразительно напоминали размерами добротные советские пятачки. Немая сцена. Ну и что мне было делать? Как обычно в таких ситуациях быстренько выползти, одернуть майку и виновато распрощаться? Ну уж нет... Брат уже наполовину слез с дивана. Я схватила его за ремень и с силой дернула на себя. Повернулась к Яне, и, бросив на ходу:

– Прости, но мы тут не закончили, - и снова стала брата целовать. Бедняга был так ошарашен, что забыл закрыть глазенки и так и таращился на меня. Все-таки красивые у него глазки... И казалось бы, расцеловала для виду, и все. А вот именно тут мне это стало по-настоящему нравиться. Да так, что отрываться абсолютно не хотелось. Не только мне, впрочем. Так бы и съела с потрохами. Но пришлось разжать тиски. Все-таки приличия надо соблюдать....

Мощным рывком я села на диване и пригладила вихры на голове. Янек тихо сползал на пол, взгляд его был весьма многообещающим, из серии только попадись мне в темном подъезде. Что ж, я была совсем не против. Надо будет как-нибудь прийти в гости поздно вечером. Обратно одну ведь меня не пустят...

Клеопатра, делая вид, что не замечает возни на диване, уже варила кофе и рыскала в холодильнике. Да уж, такую талию нужно поддерживать, а то не дай бог станет поменьше. Наконец она притащила все продукты в гостиную, свалила на стол и расставила чашки. Брат, не выдержав, схватил со стула свитер и, пробормотав извинения, смылся из дому. Мы с Клео остались один на один.

Вообще-то сестрица моя человек ужасно жизнерадостный, все что угодно она моментально обращает в шутку и болтать с ней одно удовольствие. Поэтому друзей у нее целый мешок и от недостатка внимания со стороны мальчиков она не страдает, хотя и смахивает фигурой на холодильник. Вот и сейчас ей не терпелось вытянуть из меня все новости и порассказать свои.

– Ну давай, давай, че у тебя новенького?
– бубнила она с набитым ртом, подкладывая мне макаронного салатика на тарелку.

– Да ничего, - отбивалась я.
– Лучше расскажи мне о вас. Я видела, в городе кто-то новенький появился. Очень такой милый, с косичкой.