Он как раз затягивал на поясе тяжелый ремень с двумя автоматическими пистолетами и радиопередатчиком, когда в дверь, предварительно постучавшись, вошел Ибн-Тельмук.

– Осталось пятеро, – доложил он, – их можно взять только открытым штурмом.

– Хорошая работа, – сказал Аммар. – Больше нет смысла прятаться. Уберите их, но предупреди наших людей, чтобы соблюдали осторожность. Не хочу, чтобы Хасан или Де Лоренцо случайно пострадали.

Ибн-Тельмук кивнул и отдал распоряжения террористу, ожидающему за дверью. Потом он снова взглянул на Аммара и уверенно улыбнулся:

– Все будет в порядке.

Аммар махнул рукой в сторону большого медного хронометра, висящего над столом капитана Коллинза.

– Уходим через тридцать семь минут. Соберите всех пассажиров и членов экипажа, кроме судовых механиков. Позаботьтесь, чтобы в машинном отделении все были на своих местах, когда я отдам приказ. Остальные пусть сидят в пассажирском салоне. Пора нам открыться и выдвинуть требования.

Ибн-Тельмук не ответил. Он стоял не двигаясь, лишь по его физиономии медленно расползалась улыбка, обнажая все имеющиеся в наличии зубы.

– Аллах уготовил нам великое будущее, – изрек он.

Аммар не смог скрыть иронии:

– Мы будем лучше знать это по прошествии пяти дней.

– Он уже послал нам хороший знак. Она здесь.

– Она? О ком ты говоришь?

– Гала Камиль.

Сначала Аммар не понял, в следующий момент не поверил.

– Камиль? Она здесь, на судне?

– Она поднялась на борт менее десяти минут назад, – ответил сияющий Ибн-Тельмук. – Я поместил ее в одну из кают, предназначенных для женской части экипажа, и приставил охрану.

– Аллах воистину благосклонен к нам, – молвил Аммар.

– Да, он направил муху прямо в сеть к пауку, – добавил Ибн-Тельмук, – и дал тебе второй шанс убить ее от имени Ахмеда Язида.

В сгущающихся сумерках прошел короткий тропический дождь. Небо очистилось, дождевые тучи уплыли на север. На улицах Пунта-дель-Эсте и на судах в гавани снова засверкали огни, отбрасывая на воду разноцветные блики.

К борту судна сенатора Питта доставил легкий катер. Ему показалось странным отсутствие огней на «Леди Флэмборо». Судно выглядело темным и пустынным, особенно по сравнению с ярко освещенными судами по соседству.

Держа в руках портфель, сенатор спрыгнул на узкую полосу трапа. Не успел он сделать и двух шагов по палубе, когда катер уже отвалил от судна и заторопился к причалу. Сенатор огляделся и обнаружил, что находится в полном одиночестве. Во всем этом было нечто странное. В первый момент сенатор было подумал, что перепутал судно.

Единственным звуком, единственным признаком жизни, донесшимся до озадаченного гостя, был мерный шум генераторов из недр корпуса, да еще чей-то голос, неразборчиво вешавший по судовой связи в помещениях надстройки.

Он обернулся, чтобы вернуть катер, но тот уже успел отойти слишком далеко. Кричать было бесполезно. Потом из тени возникла фигура, державшая в руках автоматическую винтовку, направленную в грудь сенатора.

– Это «Леди Флэмборо»? – раздраженно спросил сенатор.

– Кто вы? – Последние слова по непонятной причине были произнесены шепотом. – Что вы здесь делаете? – Охранник вел себя довольно странно, и сенатор счел необходимым назвать себя и объяснить свое присутствие. – Говорите, вы сенатор Джордж Питт? Американец? Вас не ждали.

– Президент Хасан был проинформирован о моем прибытии, – нетерпеливо пояснил сенатор. – Пожалуйста, опустите оружие и проводите меня в его апартаменты.

Охранник подозрительно осмотрелся:

– С вами прибыл еще кто-нибудь?

– Нет, я один.

– Вы должны немедленно вернуться на берег.

Сенатор показал на удаляющийся катер:

– Увы, мой транспорт уже ушел.

Охранник напряженно что-то обдумывал. В конце концов он решился, опустил винтовку, спустился на палубу и подошел к двери. Свободную руку он протянул к портфелю.

– Сюда, пожалуйста, – тем же таинственным шепотом проговорил он, словно делился с сенатором важным секретом. – Дайте мне ваш портфель.

– Здесь официальные документы, – решительно заявил сенатор и, для верности прижав к себе портфель обеими руками, прошел мимо охранника.

Он откинул тяжелую черную занавеску и оказался в просторном салоне, площадью около двухсот квадратных метров. Обширное помещение было отделано дубовыми панелями и стилизовано под гостиную английского родового замка. Здесь были люди: одни – одетые в деловые костюмы, другие – в форму членов экипажа. Все они с напряженным вниманием уставились на вошедшего, словно он был мячом в решающем футбольном поединке.