Мистер Джонсон наблюдал, как она бежит к малышу, и забавлялся — он не мог отказать себе в удовольствии поиграть в кошки-мышки. Ему нравилось видеть ужас на лице женщины, он хотел продлить ее страх и волнение. Мальчик возник в поле зрения мистера Джонсона. Отлично! Пожалуй, стоит убить сначала ребенка, а потом мать, увидеть ее лицо в момент смерти сына… Ни с чем не сравнимое зрелище!..

Она бежала слишком быстро. Так нельзя, подумал он и послал пулю ей под ноги.

Она резко остановилась.

— Вот так-то лучше, — прошептал палач.

Девушка снова двинулась вперед. Он снова выстрелил перед ней. Дорожная пыль осела на ее лице, оно стало сероватым.

Видно, Бог благоволит к ней. Что ж, очень скоро у него будет возможность проявить свою истинную любовь — отправить ее прямиком в рай. Так ли она чиста, как кажется? Мистер Джонсон сомневался. На свете нет чистых женщин, да он и не спешил отправить эту на небеса или в преисподнюю. В любом случае она должна пострадать, и ему, а не Богу решать, кому жить, а кому умереть.

— Пора, — прошептал он и прицелился ей прямо в сердце.

Всего несколько драгоценных секунд прошло после первого выстрела. Но казалось, промелькнула целая жизнь, прежде чем Коул догнал Джессику. Он сбил ее с ног на землю и накрыл своим телом. Он держал револьвер наготове, щурясь против света. Он уже увидел цель.

Там… на крыше… блеснул металл.

— Вот тебе! — Коул пробормотал ругательство и выстрелил.

Второй выстрел поразил цель. Стрелок на крыше взвился вверх, отлетел назад, упал на колени, а потом грохнулся оземь. Коул выстрелил еще три раза, пока тот падал. Не спуская глаз с бандита, он медленно встал и пошел вперед. Ярость его не знала границ, крики Калеба звенели в ушах. Ребенок, сидя на земле, звал маму.

С трудом встав, Джессика побежала к мальчику. Она была настолько слаба, что не могла взять его на руки и упала рядом с ним на колени. Он вцепился ей в юбку. Она обняла его и стала качать, пытаясь удержаться от рыданий.

Дэниел услышал выстрелы и бросился к дому доктора Лоуренса. Он увидел Джессику и Калеба посреди улицы, замедлил шаги, чтобы убедиться, все ли в порядке, а потом подошел к Коулу, стоявшему над мертвым телом. Затаив дыхание Дэниел наблюдал, как Коул ногой перевернул труп на спину. При падении лицо убийцы разбилось всмятку, его не узнала бы даже родная мать.

— Кто это? — спросил Дэниел. Коул покачал головой:

— Может, Ребекка скажет? Если узнает, конечно. Возможно, он из банды?

— Возможно. Грэйс поведала мне, что она тоже была в банке, и клянется, будто свидетельница —она.

Коула смутило такое сообщение.

— Так кто из них говорит правду?

— Если бы знать! — пробормотал Дэниел, опустившись на корточки возле мертвого тела и исследуя карманы в надежде найти какие-нибудь документы.

Коул подождал минуты две, потом, убедившись, что вполне овладел собой, пересек улицу и подошел к Джессике, обнимавшей сына. Коул поднял ее и поставил на ноги. Она пыталась отпрянуть от него. Он заметил у нее в руке шестизарядный револьвер, выхватил и бросил на землю. Калеб потянулся к маршалу, но Джессика не отпустила мальчика. Она еще дрожала и прерывисто дышала.

— Почему, черт побери, вы не упали, когда я приказывал? — грозно спросил Коул.

Его слова и тон удивили ее. Неужели он сердится?

— Что?

— Почему вы не спрятались?

— Вы такой злой.

— Да, злой.

— Вам хочется накричать на меня?

— Хочется, — признался Коул, — но я не буду. Калеб испугается, да и криком делу не поможешь. В следующий раз, Джессика, делайте все, как я скажу, Я не смогу защитить вас, если вы мне не поможете.

— В следующий раз?! — оторопела Джессика.

Калеб снова разразился слезами.

— Ну вот смотрите, что вы наделали, — пробормотал Коул.

К ним подошел Дэниел. Даже не думая, что делает, он забрал ребенка у Джессики и повернулся так, чтобы малыш не видел трупа.

— Бедный мальчик, — прошептал он и ласково погладил его по спине.

Успокоенный, ребенок положил голову на плечо Дэниелу и засунул в рот большой палец.

— Нашел какие-нибудь документы? — спросил Коул.

— Нет, — ответил он. — В карманах пусто.

Джессика схватила Коула за руку. До нее вдруг дошел смысл его слов.

— Я не подчинилась вашему приказу? Я его не слышала, хотела только добраться до сына и защитить его от того ненормального.

— Я понимаю, — кивнул он, — но, Джессика…

Она стиснула ему руку:

— Мне очень жаль, если мое поведение раздражает или оскорбляет вас. Клянусь, в подобной ситуации я снова поступлю точно так же. Ничто не должно угрожать жизни моего сына. Боже мой, я не могу не думать о том, что едва не случилось. Ведь Калеба могли убить!

Коулу не надо было тянуться к ней, она сама упала в его объятия с отчаянной жаждой найти успокоение.