Она потупилась, но не смогла спрятать смеющихся глаз. Ее невинное кокетство казалось естественным, очень органичным. Она вся была как едва распустившийся бутон какого-то невиданного цветка, и хотелось прижаться к этим полуоткрытым губам, чтобы ощутить вкус нектара. Корт почувствовал, что тело его окатило волной жара, тяжело скользнувшей вниз. Он испытывал странное умиление, даже восхищение этим невинным созданием и одновременно растущее желание.

– Известно ли вам, мисс Мур, что вы похожи на лесную нимфу, собирающую цветы для венка? – подавив волнение, сказал он. – Вашу прелестную головку окружает волшебное сияние. – Девушка широко раскрыла глаза, и он поспешил закрепить успех. – Откройте секрет: нимб – ваше постоянное украшение или он появляется вместе с весенними цветами?

Удивленная и польщенная, Филиппа засмеялась, и ее фиалковые глаза засияли.

– У вас чересчур богатая фантазия, милорд, —заметила она с мягким укором.

Корт желал знать все об этом бриллианте чистой воды.

– Могу я спросить, мисс Мур, где находится поместье ваших родителей? Могу поклясться, что оно не в Кенте.

– Можете поклясться, вот как? – девушка с сомнением посмотрела на него. – Значит, вы знаток генеалогии… а также географии?

– Только если обе эти науки касаются вас, мисс Мур. Он подошел ближе, но Филиппа отступила на шаг.

– Я не из Кента, как вы правильно изволили предположить, – церемонно и чуть смущенно сказала она.

– Может быть, из Шропшира? – спросил Корт наугад.

Девушка молча покачала головой, а в глазах ее так и плясали смешинки, словно она поддразнивала его. Корт почти страдал от непреодолимого желания коснуться ее, почувствовать вкус чуть трепещущих от сдерживаемого смеха губ.

Филиппа стояла, прислонившись спиной к иве, Корт положил ладони на шершавый ствол по обеим сторонам от нее, и девушка попала в ловушку.

– Неужели мне придется по очереди называть каждую часть Англии? Сжальтесь над несчастным и просто признайтесь, откуда вы?

– Вы быстро сдались, – укорила мисс Мур, надув губки.

– Я не припоминаю, чтобы вообще знал кого-либо с именем Мур, – продолжал Корт. – Ни в Итоне, ни в Оксфорде, ни где бы то ни было. Это означает, что у вас нет братьев.

– Если и есть, то они не учились ни в одном из этих уважаемых колледжей, – уклончиво ответила она. – А у вас? Есть у вас сестры?

– Ни одной, – ответил он и попытался подобраться с другой стороны. – Вы давно знакомы с леди Габриэль?

– С десяти лет. Мы с Белль окончили один пансион. «Ага!» – подумал Корт с торжеством. Тоби как-то говорил, что его невеста училась в одном из пансионов недалеко от Лондона.

– Челси! –воскликнул он во внезапном приступе вдохновения.

Наградой за столь блистательный пример индукции была поистине колдовская улыбка.

– А вы человек неглупый, – похвалила девушка.

– Но теперь вы будете приезжать в Лондон? Где вы будете останавливаться?

– Уж не думаете ли вы, что я выдам все свои секреты? – Мисс Мур очаровательно сморщила нос.

– Как же я увижу вас, если не буду знать, где вы живете? – спросил Корт, демонстрируя безукоризненную мужскую логику.

– А мне показалось, вы догадливее, – засмеялась Филиппа.

Ее живость и мягкий юмор совершенно очаровали его, а лукавый взгляд фиалковых глаз странно волновал.

– Значит, от меня требуется умение разгадывать загадки? – осведомился он вполголоса, словно подчеркивая интимность диалога. – Иными словами, вы загадочны… хм… неужели в вашем прошлом есть роковая тайна?

– Возможно.

– Вы – заколдованная принцесса, которая спит уже сто лет, понапрасну ожидая поцелуя, который ее разбудит, – Корт протянул руку и высвободил белокурый локон, запутавшийся в трещине ивовой коры. – Скажите же, я прав?

– Сначала я была лесной нимфой, потом превратилась в пастушку и вот теперь – в принцессу, – заметила Филиппа с тихим смешком. – Все это далеко от правды, милорд. Я вижу, вы не слишком проницательны.

– Зовите меня просто Корт, – предложил он. – Лучшая подруга жены лучшего друга… я не сбился? Словом, узы, подобные этим, не нуждаются в церемониях.

– Совершенно верно, – согласилась Филиппа с преувеличенным простодушием. – Узы, подобные этим, делают людей почти родственниками. Возможно, мне стоит называть вас дядюшкой.

Корт невольно нахмурился при таком откровенном намеке на свой возраст.

– Неужели я выгляжу настолько дряхлым?

– Я бы сказала, по виду вы одной ногой в могиле, – с грустью призналась Филиппа и потупилась, чтобы не расхохотаться. – Я долго не решалась предложить вам опереться на мою руку. Наверное, наш разговор утомил вас, вернемся в дом, чтобы вы могли прилечь и отдохнуть.