– Если эта свинья не попытается взять нас теперь, то она вообще ничего не стоит. Нам надо приготовиться, Пол.

Он открыл ящик с патронами и тщательно зарядил диск пулемета сотней патронов, а Шавасс проверил автомат и полдюжины магазинов, которые были при нем. Лири забралась на крышу рубки и наблюдала, всматриваясь в туман.

Закончив снаряжать диск пулемета, Орсини спустился вниз и вернулся со старым американским табельным автоматическим пистолетом сорок пятого калибра. Он передал его девушке.

– Лучшее, что я могу с ним делать, так это только смотреть на него, – сказал он. – У него отдача, будто это упрямый мул.

–Всю свою жизнь я имею дело с оружием, – ответила она, вынимая магазин и рассматривая его опытным взглядом.

Орсини улыбнулся ей.

– Не представляю, как ты выглядела бы в юбке и каких-нибудь благопристойных чулках и туфлях. Блестящая идея. Когда мы вернемся в Матано, я должен буду позаботиться об этом.

Она рассмеялась и раскраснелась, но туг же улыбка сошла у нее с лица.

– Мне кажется, я слышу их.

Катер поднялся на гребень волны, вода плескалась о его борта. Шавасс стоял у ограждения, напрягая слух, и вот различил вдалеке звук работающего мотора.

– Спускайтесь вниз, – сказал Орсини девушке. – Иди в рубку и ложись на пол.

У нее хватило здравого смысла не противоречить, и она сделала то, что ей было сказано. Шавасс стоял рядом, высунув ствол автомата в окно, а Орсини согнулся возле люка в машинный отсек.

– Может быть, это они уходят? – прошептала Лири.

Шавасс покачал головой.

– Никогда в жизни. Они определили, что наши двигатели остановились, заглушили свои, чтобы послушать и понять, что происходит. Капо должен догадаться, что одно из двух: либо мы захвачены другой лодкой, либо наши машины вышли из строя.

Патрульный катер подходил все ближе и ближе, делая зигзаги. Один раз он прошел так близко, что волна от него сильно покачнула «Буона Эсперанца». На мгновение Шавасс подумал, что они их потеряли в тумане, но мотор патрульного катера вновь взревел, и он появился из тумана.

Катер вышел со стороны их кормы, и воздух вокруг сразу наполнился звуками боя. Главная опасность грозила от крупнокалиберного пулемета, установленного на корме. Пулеметный расчет сидел скорчившись за изогнутым броневым щитком. На носу у ограждения стояло несколько солдат. Они стреляли из винтовок и автоматов. Позади них примостился Капо сревольвером в руке.

Шавасс открыл стрельбу из автомата, поворачивая его ствол по широкой дуге, и двое солдат тут же рухнули навзничь на палубу. Он увидел, как, нагнув голову, пробегала Франческа, тут же повел стволом автомата и пули расщепили перекладину над ее головой. Как раз в этот момент магазин автомата кончился, и она юркнула в рубку.

Он нагнулся за новым магазином, и в этот момент над его головой зазвенело разбитое стекло, стены рубки задрожали от попаданий пуль и мелкокалиберных снарядов. Как только патрульный катер отъехал, Шавасс вскочил на ноги и выпустил длинную очередь из автомата по расчету крупнокалиберного пулемета на корме. Оттуда послышался истошный крик. Пока катер не скрылся в тумане, было видно, как один из солдат свалился на ограждение и упал в море.

Звук мотора удалился в тумане, и Орсини закричал, обращаясь к Лири:

– Лежи там! В следующий заход он попытается заняться настоящим делом.

Патрульный катер описал несколько кругов, невидимый в тумане, и Шавасс с нетерпением ждал. Когда Капо наконец сделал свой ход, то он появился в другом секторе. Когда катер с ревом возник из тумана сзади, Шавасс резко повернулся и открыл огонь из автомата, стреляя с бедра.

Крупнокалиберный пулемет на корме патрульного катера открыл по ним убийственный огонь, «Буона Эсперанца» содрогнулась под ударами пуль. Шавасс расстрелял свой последний магазин и быстро скатился вниз под уже частично разрушенную крышу рубки.

А Орсини все еще продолжал стрелять, оперев ствол пулемета на стену рубки. Когда патрульный катер, идя по широкой дуге, снова оказался перед ними, Шавасс схватил гранату из ящика, стоящего около Лири, вытащил чеку и выскочил на палубу.

На какой-то момент катер оказался так близко к ним, что он мог даже рассмотреть выражение лиц солдат. Выбрав момент, он перебросил гранату за бортовое ограждение. Она покатилась по палубе, один из солдат в панике пытался сбросить ее ногой в море, но тут раздался взрыв. Словно волной, все смыло с кормы. Когда дым рассеялся, там оставались только искореженные остатки пулемета. Солдат как не бывало.