– Он брал трубку, и они оба отлично знают, зачем я ее разыскиваю, продолжала Анна.
– И они пожалеют, что посмеялись надо мной!

– Сисси! Я бы не хотела...

– Заткнись!
– заорала Анна, и мать, конечно же, сразу замолчала.

Анна звонила вновь и вновь. Она узнавала еще какие-то номера телефонов в Хейвене. Ни один из них не отвечал. Наконец ей удалось пробиться к мэру города, Беррингеру.

– Ньют Беррингер слушает.

– Слава Богу. Меня зовут Анна Андерсон. Я звоню из Юты, штат Нью-Йорк. Я пыталась дозвониться к вашему констеблю, но он, очевидно, отправился на рыбалку.

– Не он, а она, мисс Андерсон. В прошлом месяце она скоропостижно скончалась. Должность в настоящее время вакантна, поэтому телефон в конторе не отвечает.

Эта информация смогла только на мгновение остановить Анну. Она всегда умела прийти к цели, никуда не сворачивая.

– Мисс Андерсон? А откуда вам, мистер Беррингер, известно, что я не миссис, а мисс?

Без всякой паузы Беррингер ответил:

– А разве вы не сестра Бобби? Если вы ее сестра и если при этом замужем, вы бы не носили эту фамилию.

– То есть вы знакомы с Бобби?

– Каждый в Хейвене знаком с Бобби, мисс Андерсон. Она - наша гордость.

Эта фраза прозвучала для Анны подобно звуку разорвавшегося снаряда. Наша гордость. Боже правый!

– Что ж, отлично. Тогда вы, несомненно, поможете мне связаться с вашей гордостью. Я уже несколько дней мечтаю сообщить ей, что ее отец умер и что завтра его будут хоронить.

Она ожидала хотя бы формального выражения соболезнования, но в ответ просто прозвучало:

– У нее есть определенные проблемы с телефоном.

Разговор явно принимал не тот оборот, которого ожидала Анна. Реакция Беррингера была по меньшей мере странной, слишком равнодушной даже для янки. Она попыталась представить себе своего собеседника и не смогла. Что-то непонятное звучало в его голосе.

– Могли бы вы передать ей, чтобы она перезвонила мне? Ее мать выплакала все глаза, она находится в полуобморочном состоянии, и, если Роберта не появится, я не знаю, что будет с матерью.

– А как я могу заставить ее позвонить вам? Она взрослая женщина и сама решает, что ей делать, - медленно, с нажимом ответил Беррингер.
– Но я передам ей ваши слова.

– Может быть, я дам вам номер моего телефона?
– сквозь зубы процедила Анна.
– Она так редко звонит нам, что могла и забыть его...

– В этом нет необходимости, - оборвал ее Беррингер.
– Если она и не помнит его, то всегда сможет позвонить в справочное бюро. Ведь именно так вы получили этот телефон.

Анна всегда ненавидела телефоны, но сейчас эта ненависть вспыхнула в ней с особой силой.

– Послушайте!
– крикнула она.
– Вы, наверное, не поняли...

– Я все отлично понял, - Беррингер вторично перебил ее за последние три минуты.
– Я все передам ей. Спасибо, что позвонили, мисс Андерсон.

– Послушайте...

Она не успела закончить фразу, как он сделал то, что она ненавидела больше всего.

Он повесил трубку.

Анна яростно стиснула зубы: он еще пожалеет об этом!

В тот день Бобби так и не перезвонила. Не перезвонила она и на следующий. Ни через день...

Ну, ты еще вернешься, - думала Анна.
– И когда это случится...

Похороны прошли без Бобби. Все родственники плакали на кладбище, но только не Анна. Хвала Господу, она умеет держать себя в руках!

О, если бы она могла отложить похороны и заставить Бобби приехать... Но нет, этот раунд Бобби выиграла. Выиграла раунд, но не все сражение. Анна намеревалась взять реванш. Поэтому наутро после похорон она заказала себе авиабилет в Бангор. Один туда... и два обратно.

Проведя в гостинице ночь (черт знает что за гадость эти гостиницы, в них никогда не удается выспаться), в восемь утра Анна уже сидела за рулем взятого напрокат автомобиля, направляясь в Хейвен.

Она не могла не нервничать. Ее напряжение особенно усилилось, когда она пересекла черту города. Что-то происходит с Бобби: она полностью вышла из-под контроля. И хотя Анна надеялась, что ей удастся повлиять на сестру, ее мучили некоторые сомнения.

Она ехала по улицам Хейвена и чувствовала, почти физически чувствовала, что прохожие смотрят ей вслед. Смотрят ей вслед и многозначительно переглядываются.

Из леса слышался звук мотора: там проводились какие-то работы. Звук доносился издалека, но был неприятен для слуха Анны.

Внезапно она почувствовала, что у нее кровоточат десны. Капельки крови выступили в уголке рта.

Дорога была достаточно просторной и пустынной. Казалось, Хейвен дремлет, убаюканный ласковым утренним солнышком. Отсутствие машин на дороге радовало Анну, не любившую пробки и толчею.