По моему разумению именно так должен разговаривать настоящий мужчина с потенциальным клиентом женского пола.

– А я знаю, кто ты.

Ни один мускул не дрогнул на моем лице. Я оторвался от разглядывания ногтей и устремил твердый и внимательный взгляд на девчонку.

Что она может знать? То что видела на берегу? Никаких особых выводов сделать из этого невозможно. Мое поведение в доме? Подумаешь, еще один псих.

– И кто, по твоему я?

Девчонка опустила на пол ноги и свесив голову набок беспечно сказала:

– Ты Ночной Охотник.

Кресло не выдержав, развалилось на отдельные части, и я оказался сидящим на голой земле.

Может сразу ее придушить? Или под пытками выбить признание? Каленым железом. Иголки под ногти. А может плюнуть на все. Да вернуться под грозные очи Главы Академии? Что это за сверхсекретный агент, про которого знает любая городская девчонка?

– Да ты не растрачивайся. Кресло давно пора было выбрасывать, – вы только посмотрите на эту невинность! Тут в любой момент придушить могу, а она о кресле.

– Ночной Охотник, говоришь? – надо кончать это дело. Мизинцем по шее и в колодец. Концы, так сказать, в канализацию.

– Ну да, – девчонка, казалось, совершенно не замечала нависшей над ней опасности, – Ты не раз приходил ко мне в снах. И всегда выручал. Когда я увидела тебя там, на берегу, то сразу поняла, что это ты.

Обнадеживающее начало дающее небольшую отсрочку.

– А при чем здесь Ночной Охотник?

– В снах, когда ты спасал меня от рук злодеев и чудовищ, ты всегда стучал себя кулаками в грудь, дико кричал и называл себя Ночным Охотником.

Что вы думаете я сделал? Правильно. Я издал боевой клич своего клана. Не успели последние звуки затихнуть, как девчонка бросилась ко мне, схватила за руку и прильнула к ладони.

Не. Я совсем очумел.

– Да! Да! Именно так ты кричал в моих снах. Ночной Охотник!

Что тут можно сказать? Только то, что я нашел настоящую Янину. Без всяких там возможно и кажется. Иначе – почему?

– Как тебя зовут? – я осторожно освободил руки, откинул волосы с затылка девчонки и нашел родимое пятно, указанное в личных приметах.

– Я не знаю, – возможна потеря памяти из—за перехода зеркальной границы.

– Сколько лет?

– Не знаю, – амнезия с большой выдержкой.

– Кто твой отец?

– Не помню, – а может просто издевается.

Хорошо, попробуем от противного.

– Тебе говорит о чем—нибудь имя «Янина»?

Молчание. А это уже хорошо, когда думают.

– Нас здесь так зовут.

Может я не расслышал?

– Объясни.

– Нас всех так зовут в этом городе. Это не имя. Просто мы все «Янины». Женщины на одно лицо. Ничего, мы привыкли.

Смутное подозрение закралось ко мне в душу.

– И что, всем вам сняться одни и те же сны?

– Конечно.

Девчонка подскочила, подбежала к столу и достала пачку потрепанных журналов.

– Вот. Это то, что нам сниться.

Я чуть не заплакал. К Великому светилу! Да заплакал я. Горючими слезами. Потому, что со всех журналов на меня смотрело мое лицо. В профиль, анфас, вдоль и поперек. На диване. В ванной. С бластером. С ножом и вилкой.

– Все. Я ухожу. Я возвращаюсь.

Я решительно встал, направляясь к выходу.

– А как же я?

Девчонка с лицом Янины плакала. И провалиться мне на месте, если я не пожалел ее.

– Ты останешься.

– И не улечу с тобой?

– Куда это?

– Да вот же, написано… – девчонка зло швырнула мне один из журналов.

Кося взгляд на маленькую тигрицу, мало ли что, я развернул журнал и углубился в текст.

Ничего подобного я в жизни не встречал. Все разложено по полочкам. Как в сказке.

Придет из зеркального мира принц—герой и заберет одну из «Янин» в свой далекий замок. Со всеми вытекающими последствиями.

Полный провал. Самое крупное крушение надежд Коалиции. На кой хрен нужен засветившийся агент?

– Я тебе нужен был только для этого?

– Нет.

Странно, но девчонка не соврала ни на миллиграмм. Тогда совсем непонятно.

– А для чего?

– Я хочу… Я хочу…

– Только без любовных штучек, – твердо определил я рамки желаний. Может и зря. Но хорошие мысли приходят гораздо позже плохих.

– Я хочу. Что б ты помог мне украсть корабль и…

– Стоп, – остановил я девушку, – Я уголовщиной не занимаюсь. А что дальше?