Спенсер коротко кивнул, и Белл поспешно метнулась вперед, пряча пистолет в складках юбки. Свободной рукой она прикоснулась к лицу Джона — так, чтобы Спенсер заметил это движение. Джон смотрел вниз, на свои связанные руки, и Белл увидела, как он пытается ослабить узел.

— О Джон, — громко прошептала она, — я люблю тебя! Ты ведь знаешь об этом?

Джон кивнул. «Дай мне пистолет», — попросил он одними губами.

— О, Джон! — простонала она, решив, что чем лучше войдет в роль, тем больше времени они выиграют.

Свободной рукой она обняла Джона за шею и опалила его губы жарким поцелуем, прижимаясь к нему и молясь, чтобы Спенсер не увидел, как двигаются руки Джона в узком пространстве между их телами. Она вложила в руки Джону пистолет, быстро стащив с них развязанный галстук.

— Продолжай целоваться, — прошептал он.

Белл чувствовала, как он ощупывает пистолет. Она заработала языком, обводя контуры его рта, впитывая его слегка солоноватый привкус.

— Открой рот, любимая, — мягко попросил Джон.

Белл повиновалась, и его язык проник между ее губами. Белл ответила на поцелуй с неменьшей страстью, одним глазом наблюдая за Спенсером, который следил за ними как завороженный. Его рука слегка дрогнула, и Белл поняла: их поцелуй отвлек его от мыслей об убийстве. Решив полностью отвлечь противника, она громко застонала от наслаждения.

Джон начал покрывать легкими поцелуями ее щеки, и Белл выгнула шею, плотно прижимаясь к нему. Но она чувствовала: Джон тоже чем-то отвлечен. Вдруг Джон едва заметно кивнул, и откуда-то из глубины комнаты раздался ужасный, пронзительный нечеловеческий крик. От этого звука кровь холодела в жилах. Белл затошнило.

— Какого черта?.. — Спенсер отвлекся от соблазнительного зрелища и не мог удержаться, чтобы не повернуть голову в сторону, откуда донесся отвратительный звук.

Джон резко оттолкнул Белл, и, не успев что-либо сообразить, она упала на пол. Джон развернулся, мгновенно прицелился и выстрелом выбил пистолет из руки Спенсера.

Алекс и Данфорд бросились на противника, сбили его с ног и прижали к полу.

Выступив вперед, Персефона скрестила руки на груди с торжествующей улыбкой.

— Иногда возраст и мудрость бывают весьма полезны.

— Персефона, а ты что здесь делаешь? — изумился Алекс, связывая руки Спенсера за спиной.

— Вот благодарность за все мои подвиги!

— О Персефона! — обезумев от счастья, воскликнула Белл. — Спасибо тебе! — Вскочив, он" бросилась в объятия пожилой дамы. — Но кто издал этот страшный звук?

— Я. — Персефона широко улыбнулась.

Кэролайн недоверчиво подняла брови.

— В нем не было ничего человеческого…

— И тем не менее это сделала я!

— Хитрость удалась, — заключил Джон и присоединился к дамам, как только убедился, что Спенсер надежно связан. — Хотя должен признаться, подавая вам знак действовать, я не смел и надеяться на такой звук.

— Так ты знал, что она здесь? — удивилась Белл.

— Только когда заметил, как она передала тебе пистолет. Отличная работа, Персефона. — Отведя волосы со лба, Джон заметил, что его рука дрожит.

Пройдет немало времени, прежде чем образ Спенсера, расточающего гнусные ласки Белл, изгладится из его памяти.

— Но как ты сюда пробралась? — спросила Белл.

— Я поняла: что-то должно произойти. Никто не счел нужным посвятить меня в эту тайну, — обиженно добавила Персефона. — Но я раскрыла ее сама путем многочисленных подслушивании. И когда я поняла…

— Прошу прощения! — прервал ее Данфорд.

Все головы повернулись в его сторону.

— Нам давно пора заявить о нем в полицию. — Он кивнул в сторону Спенсера, который лежал на полу связанный и с кляпом во рту.

Белл отмахнулась, слишком заинтересованная рассказом Персефоны.

— Куда он денется?

Данфорд удивленно приподнял брови при виде такой беспечности и счел нужным придавить Спенсера к полу ногой — главным образом в отместку за все волнения.

— Так я могу продолжать? — осведомилась Персефона, всецело наслаждаясь ролью героини дня.

— Непременно! — отозвалась Белл.

— Как я уже сказала, я подслушала разговор Алекса и Эммы о сегодняшнем бале и поняла, что Джону и Белл грозит опасность. Вот почему я настояла на своем желании присоединиться к вам, — она повернулась к Белл. — Пусть я была не самой строгой компаньонкой, но сегодня я считала своим долгом прийти тебе на помощь.