Она действительно была рада, когда Коул Коллоуэй окончил школу и уехал.

Счастливое избавление!

Ей до смерти надоело слышать о нем от каждой девчонки в школе. Не было ни одной, которая бы не строила ему глазки. И все они старались подружиться с ней, чтобы быть приглашенными на ранчо. Но она прекрасно понимала их глупые уловки, потому что раньше никто не обращал на нее внимания.

А Коул стал таким занятым, что, казалось, забыл о ее существовании. Он больше не ездил на школьном автобусе. Когда ему исполнилось шестнадцать, отец отдал ему старый пикап, он стал ездить в школу на нем. А после уроков часто задерживался — занимался спортом или какой-нибудь общественной деятельностью.

Коул появлялся дома, только чтобы наспех поесть, и каждый вечер куда-то исчезал, приводя в трепет всех девчонок. Он явно был в центре внимания. Кое-кто из его пассий не могли похвастаться хорошей репутацией. Родители не делали ему по этому поводу замечаний. Он достаточно поработал на ранчо в прежние годы. Теперь его сменили Кэмерон и Коли. Достаточно того, что он хорошо учился, а значит не тратил попусту время в школе.

Коул забыл о ней. А если случалось проходить мимо, глупо улыбался и махал ей рукой.

Подумаешь, какой важный!

При этом он, как правило, кого-нибудь провожал…

А какое ей до этого дело? Она сама уже взрослая, мальчишки, никогда раньше не обращавшие на нее внимания, теперь прохода не дают, заводят всякие разговоры, а некоторые даже приглашают на свидание или съездить куда-нибудь. Вся загвоздка была в том, что жила она далеко от города.

Но все равно было приятно, что ее приглашали.

Иногда отец разрешал ей в пятницу после занятий оставаться в городе у подруг. Тут уж кто-нибудь из ребят непременно приглашал ее в кино. Так что у Эллисон тоже была своя жизнь. Она больше не была тенью Коула.

Несмотря на предупреждения матери, в сознание Эллисон тогда еще не укладывалось, что она — всего лишь дочь управляющего. И этим все сказано. А друг детства Коул давно вырос.

Когда Родни пригласил ее с ним погулять, она обрадовалась. Ему было столько же лет, сколько и Коулу, как и Коул, он играл в футбол и, в общем, был ничего. Эллисон не могла поверить в такую удачу. У Родни была машина и водились деньги.

К сожалению, тот вечер не принес ей радости. Эллисон даже не могла бы точно сказать, что ее раздражало. Но, наверное, его отношение к ней. Без всяких на то оснований он вел себя с ней как хозяин. После кино они пошли выпить кофе. Родни держал руку у нее на плече. Эллисон пыталась высвободиться, но Родни только смеялся и еще крепче сжимал его.

А его дружки отпускали по их поводу сальные шуточки. Один из них даже выпалил:

— Поосторожней, Род. Ты замахнулся на собственность Коллоуэев. — Все дружно расхохотались, как от удачной остроты. Ну и что такого в том, что ее отец действительно работает на Коллоуэев? Это вовсе не значит, что они их рабы. Что же до нее — она вообще ничья.

Когда Родни привез ее домой, Эллисон едва не на ходу выскочила из машины.

— Спасибо, Родни. Я прекрасно провела время.

Ей было противно находиться с ним вместе, но она знала, что следует быть вежливой.

— Слушай, детка, а чего ты так спешишь? Почему бы тебе…

— Мне надо бежать. Отец будет волноваться.

И вот именно тогда Родни изрек эту мерзость про нее и Коула.

Ни слова не говоря, она отвернулась, чтобы Родни не заметил, как сильно ее это задело. Ей все равно, что он думает. Ей плевать на то, что все они думают.

Родни уехал, и даже по гулу колес было ясно, как он разочарован концом вечера.

Очень разочарован.

Она намеренно велела ему остановиться возле сарая, чтобы отец не проснулся от шума мотора. И она уже шла к дому, когда что-то зашевелилось в тени.

— Кто это? Кто здесь? — требовательно спросила она.

— Это я.

Коул выступил из тени дерева на тропу, освещенную луной. Она испугалась от неожиданности. Эллисон не видела Коула несколько недель, ну разве что мельком в школьном коридоре или вот здесь, на тропинке, ведущей к дому.

— А что ты здесь делаешь?

— Жду, чтобы поговорить с тобой.

— Уже поздно. Мне надо домой. — И она пошла вперед.

— Эллисон!

— Что? — спросила она не останавливаясь.

— Я не хочу, чтобы ты встречалась с Родни Снайдером.

Она остановилась и медленно повернулась к нему.

— Это не твое дело, с кем я встречаюсь, — сказала она, делая акцент на каждом слове.

— Нет, мое.

Она отвернулась и пошла к дому. Коул схватил ее за руку и повернул к себе.

— Никогда не уходи, когда я с тобой говорю, и не отворачивайся. Ты меня поняла?

— Ну конечно! Мистер Коллоуэй приказывает! Все вокруг должны трепетать!

— Что ты такое говоришь, черт бы тебя побрал?

— Не кричи на меня, Коул Коллоуэй!