В это время Эллисон закончила накрывать на стол и села напротив него.

— Ты думаешь, я этого не знаю? — спросила она. — Семья всю жизнь была для тебя всем. Но я не член твоей семьи. Не забывай об этом. И Тони — мой сын.

— Он — Тони Коллоуэй.

— Попытайся это доказать.

— Да что доказывать, достаточно взглянуть на него.

— Это не юридическое доказательство. Он в ужасе посмотрел на нее.

— Так ты собираешься идти в суд?

— А ты разве нет?

— Разумеется, нет. Я не собираюсь создавать тебе проблемы.

— Но создаешь. Одно твое появление в Мейсоне создает мне проблемы. Если Тони узнает, что ты был здесь, у него сразу возникнет масса вопросов. Например, почему я никогда не упоминала о тебе раньше, насколько хорошо я тебя знаю, почему мы никогда не встречались раньше…

— Пусть так. Но ведь мы можем все хорошенько продумать. Я очень хочу его получше узнать. Что в этом плохого?

Ей не хотелось его расстраивать, видеть как он сердится. Но она боялась снова подпасть под его влияние. А рядом с ним это, кажется, неизбежно. Она и так уже в разговоре с ним сбилась на старую шутливую манеру, а если и дальше будет сдавать свои позиции, чем это чревато для нее? Не говоря уже о том, какие последствия это будет иметь для Тони.

— А что ты предлагаешь? — спросила она, ковыряя вилкой в тарелке.

Ее вопрос застиг его врасплох.

— Через несколько недель начнутся каникулы. Почему бы вам вдвоем не приехать на ранчо?

— Абсолютно исключено.

— Но почему?

— Моей ноги не будет там, где находится Летти Коллоуэй.

— О, Эллисон, зачем ты так?

— Я уже сказала.

— Ну ладно. А что если я отправлю ее куда-нибудь путешествовать? В этом случае вы приедете?

— Не знаю.

— Там сейчас Кэмерон и Коди. Я не успел тебе рассказать. Кэмерон с женой попали в автокатастрофу. Накануне того дня, когда я встретил Тони. Жена Кэмерона погибла, и сам он очень пострадал.

— О, Коул, не может быть! Какой ужас!

— У него маленькая дочь, Триша. Ей еще нет и года.

Глаза Эллисон наполнились слезами. Она сдерживалась, пока речь шла о ней, но чужая боль дала повод выплакаться по поводу всех несчастий сразу.

— Кэмерон будет страшно рад, если вы приедете.

— Мне надо подумать.

— Подумай. У тебя есть время Кроме того, мне бы хотелось, чтобы ты поговорила с Тони, рассказала ему обо мне.

Ее глаза расширились.

— О том, что ты его отец?

— Ну, по крайней мере, скажи ему, что мы вместе росли. Пусть он знает, как много ты всегда значила для меня. — От его твердого взгляда у нее по спине побежали мурашки.

— Если я и приеду, то только для того, чтобы дать тебе возможность поближе узнать Тони. Ко мне это не имеет никакого отношения.

— Ну, если ты так хочешь.

— Так должно быть.

— А что твой приятель? Как он отнесется к этому?

Она пожала плечами.

— Это не его дело. Я сама по себе. Ни перед кем не обязана отчитываться и никогда не собираюсь делать этого.

Они выпили кофе, после чего Коул уехал. Она проводила его до двери.

— Передай от меня привет Тони. Хотя, может быть, в данный момент этого делать и не стоит.

— Ты прав.

— Слов нет, как я рад, что наконец нашел тебя. У меня такое чувство, что я вернулся в молодость.

Какой же он сложный человек! Перед ней стоял уверенный в себе, импозантный мужчина — процветающий бизнесмен, к тому же выдвигавший на предстоящих выборах свою кандидатуру в губернаторы штата. И все же создавалось впечатление, будто то, что он нашел ее и Тони, для него важнее всего на свете.

— Коул.

— Да.

— А почему ты не женился?

— Потому что есть только одна женщина на свете, на которой я хотел жениться, Эллисон. — И он слегка коснулся пальцем ее щеки. — Я позвоню насчет вашего приезда на ранчо.

— Но не строй особых планов. Я еще не решила окончательно.

— По крайней мере, я могу надеяться? Поверь мне, это было бы замечательно.

И прежде чем она успела ответить, он наклонился и поцеловал ее в губы. Этот поцелуй сказал ей больше всяких слов. О его разочаровании, о его волнении, о его желании.

Зажав ее лицо ладонями, он внимательно заглянул ей в глаза. Потом резко повернулся и ушел.

Подъехав к Сан-Антонио, Коул почувствовал жуткую усталость. Сказался жесткий самоконтроль, которому он подвергал все свои эмоции. До ранчо оставалось еще два часа езды на хорошей скорости. Поэтому он решил переночевать в отеле на берегу реки, в нижней части города. На следующее утро он проснулся, когда только светало, и успел на ранчо к завтраку.