— Я так не думаю. — С трудом, но Джеку удается сохранять дружелюбие. Он поворачивается к Потей:

— У них вы будете в большей безопасности, чем во Френч-Лэндинге, сэр.

У Джорджа Поттера вновь пустой взгляд. Он согласен на все.

— Мне без разницы, оставаться или уезжать. Тут пришедшая мысль вызывает у него улыбку. — Если старина Чамми все еще жив и ты встретишься с ним, спроси, не болит ли у него задница после того пинка, который я дал ему в шестьдесят девятом. И скажи, что Чикагский Потей просил передать привет.

— О чем это вы говорите? — хмурясь, спрашивает Браун.

Он уже вытащил наручники, ему не терпится защелкнуть их на запястьях Джорджа Поттера.

— О днях давно ушедших, — отвечает Джек. Сует пахнущие лилиями руки в карманы и выходит из камеры. Улыбается Брауну и Блэку. — Вас, мальчики, это не касается.

Детектив Блэк поворачивается к Дейлу:

— Вы в этом расследовании не участвуете. Я выражаюсь достаточно ясно? Или нет? Пожалуйста, ответьте мне, чиф, вы меня поняли?

— Разумеется. Забирайте это дело, и флаг вам в руки. Только слезьте с высокой белой лошади, хорошо? Если вы ждали, что я буду стоять и смотреть, как пьяная толпа из бара «Сэнд» схватит этого человека и линчует…

— Не старайтесь показать, что вы глупее, чем на самом деле, — обрывает его Браун. — Они узнали его имя из ваших радиопереговоров.

— Я в этом сомневаюсь, — спокойно отвечает Дейл, думая о радиотелефоне наркомана, позаимствованного со склада вещественных доказательств.

Блэк хватает Поттера за исхудалое плечо и так сильно толкает к двери в конце коридора, что тот едва не падает. Старику удается удержаться на ногах, на его осунувшемся лице читаются боль и достоинство.

— Детективы, — негромко, без злобы говорит Джек, но Браун и Блэк оборачиваются. — Если я еще раз увижу, что вы грубо обращаетесь с арестованным, то тут же позвоню в Мэдисон, и, можете мне поверить, меня там услышит. Ваши наглость и самоуверенность не способствует эффективному проведению .расследования. Ваше неумение и нежелание сотрудничать с местной полицией контрпродуктивно. Ваш непрофессионализм характеризует полицейское управление Висконсина с самой худшей стороны. Или вы будете вести себя как положено, или я гарантирую, что к следующей пятнице вам придется искать работу в частных охранных фирмах.

И хотя его голос не повышается ни на йоту, с каждым словом Блэк и Браун словно уменьшаются в размере. Когда он заканчивает, они похожи на парочку нашкодивших и отчитанных учителем детей. Дейл с восторгом смотрит на Джека. Только Поттер не реагирует на тираду Джека. Смотрит на скованные наручниками руки, но взгляд устремлен то ли в себя, то ли куда-то очень далеко.

— А теперь идите, — продолжает Джек. — Забирайте арестованного, забирайте материалы, и чтоб я вас больше не видел.

Блэк открывает рот, чтобы ответить, и.., закрывает. Они уходят. Когда за ними закрывается дверь, Дейл пристально смотрит на Джека.

— Bay! — срывается с его губ.

— Что?

— Если ты не знаешь, я тебе не скажу.

Джек пожимает плечами:

— Они будут заниматься Поттером, так что у нас появляется время на конкретные дела. Даже этот вечер имеет светлую сторону.

— Ты у него что-нибудь узнал?

— Имя и фамилию. Может, они ничего не значат. Чарльз Бернсайд. Прозвище Чамми. Слышал о нем?

Дейл задумчиво пощипывает нижнюю губу. Отпускает, качает головой.

— Вроде бы да, но фамилия довольно распространенная.

Прозвище — не слышал.

— Он — строитель, подрядчик, тридцать лет тому назад ворочал большими деньгами в Чикаго. Так, во всяком случае, говорит Потей.

— Потей, — повторяет Дейл. Рассеянно приглаживает скотч, отлепившийся от края таблички с надписью: «ОДИН ЗВОНОК ОЗНАЧАЕТ ОДИН ЗВОНОК». — Ты с ним подружился, да?

— Пожалуй. Я думаю, «Черный дом» никак не связан с детективом Блэком.

— Ты говоришь загадками. Какой черный дом?

— Прежде всего это название. В кавычках, с заглавной Ч.

«Черный дом». Ты не слышал, что в здешних местах так называют дом?

Дейл смеется:

— Господи, да нет же.

Джек улыбается, но это не дружеская улыбка, а та, что появляется на его губах во время допросов. Потому что сейчас он копписмен. И он заметил некую искорку, блеснувшую в глазах Дейла.

— Ты уверен? Не торопись. Подумай.

— Говорю тебе, нет. В здешних краях люди дома не называют. Конечно, старая мисс Грехэм и мисс Пентл звали свой дом, который стоит по другую сторону городской библиотеки, «Жимолость». Потому что вместо забора у них была зеленая изгородь из кустов жимолости, но это исключение из общего правила.

Вновь Джек видит искорку. Поттера управление полиции Висконсина обвинит в убийстве детей, но за время допроса Джек ни разу не видел такой искорки в глазах Поттера. Потому что Поттер был с ним откровенен.

Дейл — нет.

«Но мне надо гладить его по шерстке, не напирать на него, — говорит себе Джек. — Он же сам не знает, что не говорит всей правды. Как такое может быть?»

И словно в ответ слышит голос Чикагского Потей: «Один парень говорил мне, что в летний день солнце должно было освещать дом как минимум восемь часов, но оно почему-то.., не освещало. Он говорил, что люди теряли там тень, совсем как в сказке».