Внезапно он понял, что его неизбежная смерть будет не казнью, а самоубийством. Столько бесконечных лет он чувствовал себя опустошенным. Все эти годы он был фарсом, а не человеком. А теперь тонкая, ложная оболочка, которую он представлял миру, разрушится и исчезнет, и вместе с нею растворится та пустота, которая заполняла него. С долгой усталостью будет покончено.

Саркин снова улыбнулся и почувствовал, как его омывает тепло и ему становится спокойно, словно он плавает в горячей ароматической ванне, или летает в нескольких дюймах от пола, легкий и невесомый. Он чувствовал себя умиротворенно. Никто никогда не заставит его больше снова идти против своей воли, никто больше не причинит ему боль.

Все еще улыбаясь, Саркин подошел к подносу с едой. Он был совершенно спокоен и очень голоден.

Покончив с трапезой, Саркин улегся на живот, положил голову на сложенные руки и стал следить за тенями, отбрасываемыми на пол лампой.

Временами он выплывал из тела, затем проскальзывал назад, двигаясь взад и вперед между эфирной плоскостью и физической без какого-то либо сознательного усилия.

Фактически он находился вне тела, когда дверь в камеру открылась и вошел Невин в сопровождении карлика.

Хотя Саркин никогда раньше не видел старика, он знал, что видит перед собой Мастера Эфира — по его ауре, почти слепящему свечению бледно-золотого цвета.

— Черви и слизь! — рявкнул карлик. — Он мертв?

— Сомневаюсь, — Невин встал на колени рядом с телом Саркина и положил руку на шею сзади. — Нет, он в трансе.

Внезапно Саркин почувствовал, как вокруг него закружился голубой свет. Тело тянуло его назад за серебряную нить, пока он наконец не услышал щелчок. Саркин со стоном открыл глаза и увидел, как над ним склоняется Невин.

— Хорошо, — сказал карлик. — Ну, я буду снаружи, если понадоблюсь.

Саркин глядел в пол, пока не услышал, как захлопнулась дверь, затем очень медленно повернул голову и посмотрел на соперника. Казалось, ему следует сказать что-то, возможно, вызывающе крикнуть, или сделать простое замечание, что он готов и хочет умереть. Но он снова почувствовал усталость и не произнес ничего. Невин долго смотрел на него.

— Я организовал твое спасение, — наконец заговорил Невин. — Они сказали тебе об этом?

— Да. Спасение? Или еще одну ловушку?

— Ты, молодой дурак! Что ты думаешь, я собираюсь пытать тебя?

— Уверен, тебе нет необходимости… кого-то пытать.

— Боги, разве между твоими двумя ушами нет мозгов? Это я говорил с тобой через огонь, я предлагал тебе призвать Свет. Ты это сделал и вот я здесь.

Невин улыбнулся. Саркин долго думал об услышанном.

— Ты хочешь исправить содеянное зло? — продолжал старик.

— Все, что я хочу, — это умереть.

— Боюсь, что это твое желание исполнится, — Невин стал грустным. — Но ты получишь шанс навсегда избавиться от Тьмы.

— Что? Где? В проклятых Других Землях?

— Перестань! Ты в самом деле веришь, что когда человек умирает, то ему приходит конец? Чему тебя учили?

Саркин уставился на Невина в растерянности. И тем не менее внезапно начал вспоминать намеки и подсказки — путешествие на эфирной плоскости после сознательного освобождения от плоти, хвастовство Аластира о вечной жизни в Земле Оболочки и Коры. Ненависть вскипела внутри Саркина, когда он понял, чего его лишил Аластир и как обманул.

— Я избавлюсь от Тьмы! Не в Других Землях, а в моей следующей жизни!

— Именно так. Это будет вызов, парень. Это будет борьба. Ничто великое не дается бесплатно. Ты откажешься от Тьмы и повернешься к Свету?

Саркин не колебался.

— Да, Мастер Эфира. Отрекусь и повернусь.

И он заплакал, съежившись на полу. Он долго рыдал, без слов и мыслей.

Хотя Невин настаивал на том, что способен сам привезти назад опасного преступника, ни Джилл, ни Родри не хотели его отпускать.

Однако теперь они понимали, почему мастер двеомера запретил кому-либо из людей Блейна сопровождать их.

В молчании и благоговении они сидели на длинной каменной скамье у стены огромной пещеры и наблюдали за ярмаркой карликов.

Пещера составлял ярдов сто в диаметре и примерно в два раза больше в высоту. Она освещалась лучами солнечного света, которые проникали в отверстия, вырубленные высоко наверху.

Прямо напротив них вода струилась по стене, собираясь в искусственные резервуары. Время от времени какой-нибудь карлик наполнял ведро у озерца и уносил его домой.

В центре пещеры шел бойкий, многолюдный торг. Больше всего продавалось еды: грибы, летучие мыши, корешки, которые украдкой выращивали на поверхности, дичь, на которую охотились, не привлекая к себе внимания.