Я осадил лошадь, прежде чем дерущиеся заметили меня.

– Госпожа! Что это у Гоблина?

– Отсюда не понять. Но оно ему явно не по чарам. Ровня Жабомордому, который тоже далеко не по магическим силам Одноглазому.

В голосе ее чувствовалась смутная тревога. На это я уже и сам обращал внимание. Как-то не верилось, что можно просто так зайти в лавку и выбрать себе подобного Жабомордого с полочки. Но ведь Одноглазого это вовсе не смущало, а специалист по таким вещам у нас – он…

Жабомордый со змеей схватились на полпути между своими хозяевами и принялись кряхтеть, тужиться, визжать и вообще подняли невероятный гвалт.

– Так вот, значит, что Гоблин привез из нашей поездки, – вслух подумал я.

– Что?

– После того как он обнаружил тех карликов, направлявших Тени, у него с физиономии не сходит этакое самодовольство. Словно нашел наконец способ весь мир прижать к ногтю.

Госпожа некоторое время размышляла.

– Если он это подобрал после людей Хозяев Теней, эта штука может шпионить за нами. Вот Меняющий Облик сказал бы наверняка… – Его здесь нет. Мы можем предполагать, что это подсадка.

Последний сполох погас. Гоблин с Одноглазым были полностью поглощены борьбой своих тварей. Одноглазый даже наступил на собственный шнурок. Похоже было, что верх будет за Гоблином: Жабомордый отражал удары змеи с заметным трудом.

– Хватит. Без них нам не обойтись, как бы мне ни хотелось похоронить обоих и покончить наконец с подобной хренью.

Я пришпорил лошадь. Гоблин был ближе ко мне. Он едва успел обернуться. Наклонившись с седла, я от души треснул его по башке, результат меня не волновал, подскакал к Одноглазому, и тот тоже получил свою порцию.

Я было развернул лошадь для второго захода, но Госпожа, Могаба и Мурген уже скрутили их. Битва Жабомордого со змеей угасла сама собой. Однако они не успокоились, а злобно пожирали глазами друг друга. Меж них было футов десять мостовой.

Я сошел с седла.

– Жабомордый! Ты говорить можешь? Или вовсе чокнулся, подобно хозяину?

– Нет, Капитан, у нас он один чокнутый. Но у меня ж – договор. Должен выполнять, что он приказывает.

– Вот как? Скажи-ка мне, что за штука у Гоблина в кисете?

– Тоже вроде беса. В другой форме. Где он ее откопал. Капитан?

– Сам гадаю, Мурген, посмотри, как остальные. Не понесли ли мы потерь… Могаба, тащи сюда этих засранцев. Я им сейчас…

Колдунов усадили бок о бок, причем Госпожа с Могабой держали их сзади за вороты. Они начали приходить в чувство. Подошедший Мурген сказал, что никто из лежащих без сознания не ранен.

Уже хорошо.

Одноглазый с Гоблином смотрели на меня. А я не торопясь прохаживался взад-вперед подобающей диктатору походкою и пошлепывал концом жезла по ладони. Наконец я повернулся к ним:

– При повторении подобного – посажу обоих в один мешок, физиономиями друг к другу, и велю бросить в реку. Лопнуло мое терпение. Завтра, похмелье там или нет, с утра явитесь сюда и приведете все в надлежащий вид. Все расходы – из ваших карманов. Понятно?

Гоблин, глуповато моргая, слегка кивнул. Одноглазый не отвечал.

– Одноглазый! Хочешь еще по башке получить? Он угрюмо кивнул.

– Вот и ладно. Далее. Гоблин., насчет той штуки, что ты привез из разведки. Не исключено, что она принадлежит Хозяевам Теней. Подсадка. Прежде чем пойдешь спать, засунешь ее в бутылку – или еще куда – и закопаешь. Поглубже.

Он вытаращил глаза:

– Костоправ…

– Ты слышал, что я сказал.

Яростное, на грани рева, шипение наполнило улицу. Змея, взмыв над мостовой, метнулась ко мне.

Жабомордый, перехватив с фланга, сбил ее прицел.

Во внезапной пьяной панической суете Гоблин с Одноглазым заметались, стараясь справиться со змеей. Я отступил в сторону. Минуты три, пока Гоблину наконец не удалось запихнуть ее обратно в кисет, на улице царил дичайший кавардак. Гоблин унес кисет в Лебедеву забегаловку и вскоре вернулся с плотно закупоренным винным кувшином.

– Я закопаю. Костоправ. – Он глянул на меня эдак стыдливо.

Голос его звучал смущенно и ВИНОВАТО. Одноглазый также окончательно пришел в себя.

– Я ему помогу, – сказал он с глубоким вздохом.

– Правильно. Только постарайтесь много не болтать. А то еще снова начнете.

Ему хватило чуткости тоже смутиться. Он задумчиво взглянул на Жабомордого. Но тут я отметил, что беса он с собой для тяжелой работы не прихватил.

– Что теперь? – спросил Могаба.

– Мне чертовски больно это сознавать, но теперь придется положиться на их сознательность. Пока что. Не будь они так нужны мне, я бы устроил им такую ночь, чтоб на всю оставшуюся жизнь запомнили. Мне в Отряде такого говна не надо. А ты чего ухмыляешься?