Звенящая тишина воцарилась в зале. Среди собравшихся не было ни одного, кто не знал бы, что все богатство острова заключено в волшебных Клариных рецептах. Без них остров трав и цветов был просто куском земли.

Весьма довольная произведенным эффектом, Клара угрожающе улыбнулась Гарету:

— Милорд, я прошу вас поддержать мир и покой в этом зале. Если вы заинтересованы в получении солидного дохода с моего острова, то постарайтесь выполнить эту задачу, не прибегая к оружию. Желаю вам всем доброй ночи.

Она взяла с соседнего столика горящий масляный светильник, повернулась спиной к гостям и начала быстро подниматься по крутой лестнице. Джоанна едва поспевала за ней.

— Боже милосердный! — выдохнула Джоанна через несколько ступенек. — Как же ты могла вверить свою судьбу в руки слепой случайности?! А вдруг победителем оказался бы сэр Николас?! После того, что произошло в его замке, он заслуживает только презрения! Разве ты не говорила, что выйдешь замуж за первого встречного, только не за него?

— Сэр Николас не мог оказаться победителем, Джоанна. Я знала имя нового лорда Желания прежде, чем оторвала первый лепесток. — Поднявшись на верхнюю площадку, Клара заспешила по коридору к дверям спальни. — Ведь на желтых примулах всего пять лепестков.

— Но откуда ты знала, чье имя назовешь последним? — наморщила лоб старшая подруга. — А… понимаю! Ты пересчитала лепестки и определила, с какого имени начинать.

— Да. — Клара распахнула тяжелую дверь спальни, быстро прошла внутрь и поставила лампу на стол. Шагнув к распахнутому окну, она с наслаждением вдохнула нежный аромат весенней ночи. — Я знала ответ. Более того, я знала его несколько часов назад.

Джоанна не сводила глаз с ее лица:

— Так зачем же тогда ты затеяла это представление с примулой?

Клара уперлась пальчиком в подоконник:

— Я была в бешенстве. Они оба вели себя отвратительно — и Николас, и сэр Гарет. Но особенно сэр Гарет! Николас всегда — всего лишь Николас. Его мозгов хватает лишь на то, чтобы быть омерзительным.

— А сэр Гарет?

— Сэр Гарет, безусловно, очень умен и чрезвычайно практичен, — недовольно поджала губки Клара. — Я пришла в ярость, когда поняла, что ради достижения своей цели он хладнокровно пытается вызвать Николаса на поединок.

— Ты уверена, что он делал это намеренно? — нахмурилась Джоанна.

— Да. Ты заметила, как он играл с цветком, когда Даллан пел свой «Ключ»?

— Но это же всего-навсего цветок, Клара! Как могла ты почувствовать угрозу в столь перинном жесте!

— Это трудно передать словами… Что-то в его манере перебирать лепестки не на шутку встревожило меня, — не оборачиваясь, откликнулась Клара. Взор ее был устремлен в бескрайнее море, залитое серебристым лунным сиянием. — Он ясно давал мне понять, что может быть как кротким, так и опасным, — и все зависит только от меня.

— Неужели ты всерьез веришь в это? — изумленно спросила Джоанна.

— Я верю в то, что сэр Гарет создал себе весьма скверную репутацию и не прочь воспользоваться ею для достижения своих целей. Я уже сказала тебе — он весьма практичный человек! Если Викмерский Дьявол все-таки решил стать господином этой земли, пусть зарубит себе на носу: мы здесь привыкли жить по другим законам. Я не потерплю насилия на своей земле!

— Но, Клара, насилие в крови у этого человека! Для него разрешать мечом любые сложные вопросы так же естественно, как дышать!

— Разумеется, в случае необходимости он будет пользоваться именно этим оружием, — задумчиво протянула Клара. — Но я все-таки сомневаюсь, что ему по душе грубое насилие… По крайней мере, меня он убеждал в обратном. Надеюсь, жестокость была всего лишь необходимым орудием для сэра Гарета. Помяни мое слово, Джоанна, если сегодняшняя ночь пройдет без кровопролития, значит, я не ошиблась в выборе.

Через два часа после описываемых событий Ульрих, облегченно вздохнув, заметил с усмешкой:

— Прими мои поздравления. Ты прекрасно справился с первой задачей в качестве лорда Желания.

— Благодарю.

— Признаться, я сильно сомневался в том, что мы переживем этот вечер без небольшого кровопускания. Но ты только лишний раз доказал, что мозги тебе служат ничуть не хуже, чем Окно в Преисподнюю.

— Мои мозги здесь совершенно ни при чем. Мне не составило большого труда уговорить Николаса и его людей напиться до полного беспамятства. Ты же видел, что, когда госпожа моя выходила из зала, ее сиабернские гости были уже на полпути к этому счастливому концу. — Гарет в каком-то непривычном волнении мерил шагами комнату. — Ты оставил в зале стражу?