— Пожалуй, тебе надо выпить сейчас чаю, дорогая. А я поднимусь наверх и дам указания горничной.

— Спасибо. — Имоджин подошла к столику, на котором ее ожидал чай. Она взяла чашку и сделала большой глоток.

Дверь за Горацией закрылась, и Имоджин осталась кабинете одна. В тиши комнаты слышалось громкое тиканье часов. Чтобы не слышать эти звуки, она стала вновь ходить по комнате.

За последние годы время от времени до нее доходили слухи о дуэлях. Они не особенно ее интересовали, поскольку не имели к ней никакого отношения. Она знала, го в таких поединках принимают участие помимо двух дуэлянтов еще несколько человек — секунданты и иногда доктор. Но должны быть и еще люди, размышляла она. Те, кто управляет лошадьми. То есть один, а возможно, и два грума.

Раздался стук в дверь, и на пороге появилась миссис Вайн.

— Вас хочет видеть леди, мисс Уотерстоун. Имоджин повернулась так резко, что расплескала чай.

— Какая леди?

— Леди Патриция Маршалл — так она себя назвала, мадам.

Имоджин с шумом поставила чашку на столик.

— Немедленно просите ее, миссис Вайн.

— Да, мадам. — Тяжело вздохнув, миссис Вайн удалилась.

Через мгновение в дверях появилась Патриция. Она сильно отличалась от той бодрой, жизнерадостной леди, какой выглядела вчера на балу. На ее хорошеньком личике и в серых глазах читалась тревога. Похоже, она была близка к тому, чтобы расплакаться.

— Я должна поговорить с вами, — шепотом сказала Патриция, когда миссис Вайн закрыла дверь кабинета.

— Садись, — не очень любезно сказала Имоджин. Она обошла письменный стол и села в кресло. Положив руки на полированную столешницу, она пристально посмотрела на Патрицию. — О чем ты хочешь поговорить?

— Маттиас за завтраком сказал мне, что собирается сегодня жениться на вас.

— Он так сказал?

— Да. А завтра утром стреляется на дуэли. — Патриция вдруг всхлипнула и полезла в ридикюль за носовым платком. — Но ничего подобного не должно было произойти!

Имоджин была потрясена:

— Откуда тебе известно о дуэли?

— Я только что от леди Линдхерст. — Патриция высморкалась. — Она сказала, что об этом знает весь город.

Немного стоит обязательство причастных к дуэли людей держать все в секрете, подумала Имоджин. Очевидно, кто-то проговорился. Возможно, один из секундантов…

— И мужчины еще имеют нахальство заявлять, что женщины любят сплетничать, — пробормотала Имоджин.

Патриция вопросительно взглянула на нее:

— Прошу прощения?

— Это так, к слову… Патриция, поскольку ты, похоже, в курсе того, в каком отчаянном положении мы все оказались, то, будь добра, расскажи: чем ты, черт побери, занималась вчера вечером?

Патриция вздрогнула. Затем на ее лице отразилось негодование.

— Я лишь пыталась вызволить своего брата из вашей ловушки. Но все получилось не так, как я хотела.

— Угу. — Имоджин закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. — Ну что же, теперь, похоже, все становится на свои места.

— Леди Линдхерст говорила, что если бы Колчестер обнаружил вас в компрометирующей ситуации с другим мужчиной, у него появились бы основания для расторжения помолвки… Она говорила, что это нетрудно устроить.

— В самом деле нетрудно. Стало быть, это идея леди Линдхерст?

Патриция высморкалась в платочек и зло посмотрела на Имоджин:

— Я сделала все в точности так, как мне сказали. Я знала, что вы последуете за мной до самой картинной галереи. Вы всегда пытаетесь играть роль дуэньи, хотя о том, как следует вести себя, вы знаете не больше, чем… блоха.

— Блоха?

— Я привела вас в галерею и вернулась в зал вместе с леди Линдхерст. Когда появился Маттиас и спросил о вас, я сказала, что вы осматриваете картины. Он отправился разыскивать вас. Леди Линдхерст сказала, что все идет по задуманному плану. — Патриция вдруг повысила голос. — Однако Маттиас не расторг помолвку, как она предсказывала.

— Ну и дурочка же ты! — Имоджин вскочила на ноги и хлопнула ладонью по столу. — Ты хоть представляешь, как ему навредила?

— Но я хотела как раз спасти его! — По щекам ее снова покатились слезы. — Я не хочу, чтобы он так же страдал, как страдал мой папа, не хочу, чтобы у него была испорчена жизнь.

— Теперь ты можешь быть довольна… — Имоджин вышла из-за стола. — Имей в виду, что на твоей закадычной подруге леди Линдхерст лежит огромная доля вины.

— Она лишь пыталась помочь мне.

— Чушь! Леди Линдхерст, как я понимаю, не тот человек, который кому-то хочет помочь. У нее свое на уме.

— Это не правда! Она была очень добра ко мне. Я считаю ее настоящей подругой.

— Она весьма своеобразно понимает дружбу… — Имоджин немного подумала. — Вот только какой интерес она преследует? Или она тоже хочет заполучить печать?

— Не понимаю, о чем вы говорите, — раздраженно сказала Патриция. — Но вы должны что-нибудь сделать!.. А вдруг Маттиас будет убит на дуэли с лордом Ваннеком?