Шрифт:
Луч полоснул позади них, потом вернулся. Они попались в его конус.
– Погляди-ка на тех двоих! Черт, какие шубы! Черная и рыжая!
Застучал автомат, пули прочертили по земле линию рядом с Золотистой. Она испугалась, повернулась и помчалась прочь. Черный волк летел за ней. Она вбежала в дом, где лежали скелеты.
– Не упусти их, Ганс! Из них получатся хорошие шубы!
Солдаты тоже бежали быстро, насколько позволяли их нетвердые от выпитого алкоголя ноги.
– Они там, внутри! В этом доме!
Золотистая вжалась спиной в стену, в глазах ее стоял ужас. Черный волк чувствовал снаружи запах солдат.
– Обходи с тыла!
– закричал один из них.
– Мы их запрем между нами!
Золотистая прыгнула на окно, но в это мгновение пули врезались в раму, полетели щепки. Она отскочила обратно на пол, крутясь безумным рыжим вихрем. Черный волк метнулся было через дверь наружу, но его ослепил луч фонаря, и он попятился, а пули пробили дыры в стене над его головой.
– Теперь мы их поймали!
– прохрипел голос.
– Макс, зайди туда и выбей их оттуда!
– Ну, нет, я туда не полезу! Иди сам!
– Ах, ты, трусливый говнюк! Хорошо, я пойду туда! Эрвин, ты и Иоган следите за окнами.
Раздался щелчок. Черный волк знал, что это в автомат вставлен новый магазин.
– Я иду!
Золотистая опять попыталась выбраться через окно. Щепки укололи ее, когда раздался еще один выстрел, и она спрыгнула назад с кровью на морде.
– Да прекратите стрелять!
– приказал хрипящий голос.
– Я сам возьму их обоих!
– Солдат зашагал к дому, светя фонарем, в его крови горело навеянное шнапсом мужество.
Черный волк знал, что он и Золотистая обречены. Пути для бегства не было. Через мгновение солдат будет в дверях, и его фонарь выдаст их. Пути убежать не было, а что могут сделать клыки и когти против четырех человек с автоматами?
Он посмотрел на нож.
Лапой коснулся ручки.
Не подведи меня, подумал он. Это сказал когда-то Виктор, очень давно.
Когти его попытались сомкнуться на ручке. Свет от фонаря солдата был уже почти в комнате.
Виктор. Мышонок. Чесна. Лазарев. Блок. Имена и лица кружились в мозгу черного волка, как искры, летящие от костра.
Майкл Галатин.
Я - не волк, подумал он, когда вспышка воспоминаний появилась в его мозгу. Я...
Его лапа вдруг изменилась. Появились полоски белой кожи. Черная шерсть уползала, а кости и сухожилия перестраивались с влажным щекотливым похрустыванием.
Пальцы его сомкнулись на ручке ножа и выдернули его из скелета. Золотистая изумленно заворчала, будто у нее вдруг сперло дыхание.
Солдат ступил на порог.
– Теперь я покажу тебе, кто твой хозяин!
– сказал он и оглянулся на Макса.
– Видишь? Нужно быть смелым человеком, чтобы войти в волчье логово!
– Ну, сделай еще пару шагов, трус!
– съязвил Макс.
Солдат ткнул луч света в комнату. Он увидел скелеты и рыжего волка. Ха! Зверь дрожал. А где черный подонок? Он сделал еще два шага, автомат был готов вышибить волку мозги.
Когда солдат вошел внутрь, Майкл выскользнул из своего укрытия рядом с дверью и вонзил изогнутый нож Китти в горло человека изо всех сил, какие только у него оставались.
Немец, захлебнувшись кровью, выпустил "Шмайсер" и фонарь, чтобы схватиться за пробитое горло. Майкл подхватил автомат, уперся ногой в живот человека и вытолкнул его спиной наружу через дверь. Потом выстрелил по фонарю другого человека, раздался вскрик - пули пробили плоть.
– Что это было? Кто кричал?
– встрепенулся один из людей на отдалении.
– Макс? Ганс?
Майкл вышел из дверей, коленные суставы у него болели, а позвоночник тянуло, встал возле угла дома и прицелился чуть выше двух фонариков. Один из них помигал ему. Он выпустил по немцам очередь. Оба фонарика лопнули, а тела скрючились.
Наконец наступила тишина.
Позади себя Майкл услышал какой-то шорох. Он обернулся. Изо всех его пор выступил липкий пот.
Там стояла Золотистая, всего в нескольких футах. Она уставилась на него, тело ее замерло. Затем она оскалила клыки, зарычала и убежала во тьму.
Майкл понял. Он не принадлежал к ее миру.
Теперь он знал, кто он и что должен делать. Транспортный самолет, как было видно, уже увез бомбы с карнагеном, но на поле стояли другие - ночные истребители. Каждый из мог летать на тысячу миль. Если они смогут точно определить, где же спрятан в ангаре Стальной Кулак и...
И если еще не слишком поздно. Какое же сегодня число? Он не знал, как это можно определить. Он поспешно стал подбирать одежду, которая бы ему подходила, из той, что была на этих четверых мертвецах. Ему пришлось надеть рубашку и куртку с одного солдата, брюки с другого, а сапоги с третьего. Вся одежда была влажной от крови, и с этим поделать ничего было нельзя. Он набил карманы магазинами с патронами. На земле лежала шерстяная фуражка, незапятнанная кровью. Он надел ее, и пальцы наткнулись на шрам и засохший струп на правой стороне головы. На миллиметр глубже - и пуля разнесла бы ему череп.