Ни один мускул у Сварта не дрогнул, когда он произнес приговор:

— Убить их! Мне нет никакого проку от спящих на посту часовых. И пусть все остальные видят, для них это послужит хорошим уроком.

К Сварту подбежал Серозуб, ласка, и, едва переводя дух, протараторил:

— Господин, мы обнаружили ворон. Вон там, в сосновой роще. Отдай приказ, мы их атакуем!

Сварт разъяренно затряс головой.

— Только послушайте: «Отдай приказ, мы их атакуем!» Дурья твоя башка! Они, верно, засели в засаде и только ждут того, чтобы мы приблизились к соснам. Уйдем отсюда и оставим их в покое. Бессмысленно нести лишние потери, ведя войну со стаей ворон.

Темнуха, пробравшись к предводителю, что-то прошептала ему на ухо. Сварт просветлел, одобрительно кивнул и, поднявшись с места, громко объявил:

— Собрать все пожитки, упаковать оружие и кухонную утварь, мы уходим.

К разгару утра лагерь был свернут. Прежде чем взять курс на юго-запад, Сварт обратился к стрелкам, окружившим костер:

— Отплатим им той же монетой. Огонь! Горящие стрелы полетели в сосновую рощу, и очень скоро в небо поднялся столб черного дыма.

Опаленное огнем Воронье Братство ринулось спасаться к реке.

Кракулат, глядя на горящую сосновую рощу, заявил:

— Кхакхааа! Мы будем преследовать их и убивать поодиночке. Вперед!

Вскоре после полудня нашлась первая жертва. Солдат-крыса, отставший от войска, подвергся нападению двух десятков ворон, которые подняли его в воздух. Он визжал и извивался, но тщетно: вороны поднялись высоко в небо и скинули его вниз. Удар был столь сильный, что тело проделало в земле вмятину. Солдаты же расступились, чтобы летящий вниз товарищ не задел их при падении.

До заката Сварт потерял еще двух солдат. Предводитель войска срывал свою злость на лисе:

— Ну ты и удружила: «Вытури их огнем из сосновой рощи, господин». Глупее не придумаешь! Не видишь дальше собственного носа! Выставила меня идиотом перед всеми. Теперь вороны не оставят нас в покое, пока мы или они все до одного не передохнем.

Крысы запаниковали, видя, что вороны не могут поднять в воздух более тяжелого зверя, чем они. Казалось, от ворон не было никакого спасения, хотя лучники и пращники беспощадно обстреливали темнокрылого врага.

С наступлением ночи Сварт был вынужден сделать привал. Кольцом вокруг лагеря горели костры, защищая спящих с краю зверей от нападения ворон. Лиса Темнуха была отправлена в разведку: нужно было искать выход из создавшегося положения.

Кракулат со своим Братством затаились неподалеку. Костоклюва между тем выговаривала мужу:

— Раккааааа! До чего же глупая штука месть! Что хорошего от того, что мы все погибнем? За мать ты отплатил земным тварям с лихвой. Пора заняться делом, найти новое жилье. Вот нас всех убьют, и кто тогда расскажет, какими храбрыми мы были и каким отважным глупцом был Кракулат? Кхаа!

Она шла по пятам за командиром стаи, а тот разъяренно вышагивал среди спящего Братства, не зная, как отделаться от жены.

— Твоим перышкам, а заодно и сварливому клюву пора бы отдохнуть, — огрызнулся он. — Братство подчиняется мне, и мне решать, когда с местью будет покончено. Здесь мое слово — закон. Оставь меня в покое!

В обоих лагерях ночь прошла тревожно и беспокойно: войско Сварта не могло отдохнуть из-за постоянной смены караула, а воронам не давали уснуть непрекращающиеся нарекания жены Кракулата.

До рассвета оставалось несколько часов, когда Темнуха проскользнула в лагерь с вестями для Сварта:

— Господин, здесь неподалеку есть глубокий овраг. Посреди него течет ручей, и, похоже, на берегу есть пещера. Никаких признаков живых существ я не обнаружила.

Сварт решительно схватил меч:

— Ладно, скажи всем капитанам отправляться туда. А там я решу, что делать с этими воронами.

Во тьме ночи войско Сварта стало спускаться в узкое ущелье, но и там их поджидали вороны. Началось сущее столпотворение. Сварт и капитаны выкрикивали приказы под каркающий гвалт ворон; приходилось поджигать стрелы, швырять камни и расчищать себе путь копьями. С горем пополам перебравшись через ручей, солдаты Сварта расположились кто в темных пещерах, кто в зарослях люпина и ежевики. В пещере Сварт умудрился даже разжечь костер. Вдруг взгляд его упал на тростниковые коврики и соломенные постели в углах пещеры.

— Значит, никаких признаков живых существ? — обратился он к лисе. — Что тогда это?

Раздавшийся снаружи визг и карканье избавили лису от необходимости отвечать на каверзные вопросы.

— Господин, послушай, там творится что-то неладное! — воскликнула она.

Предводитель выглянул из пещеры, стараясь особенно не высовываться:

— Ладно, скоро рассветет, там все и выясним. Истошный крик вновь заставил Сварта с лисой вздрогнуть. Через минуту снаружи все стихло, доносился лишь странный стон, очевидно, раненого зверя.