– Прошу прощения, мистер Бут, – стал извиняться он, качая головой и разводя руками. – Всякий раз, как я собирался идти, меня кто-то задерживал. Как вы легко можете себе представить, там сейчас порядочный хаос творится. – «Честно говоря, – думал тем временем Питер, – я хотел заставить тебя подождать, но не так долго». Его возмутило то, как Бут обошелся со старшиной, и теперь он хотел малость его помучить. Однако все это непредвиденно затянулось; прошло уже почти тридцать минут.

– Как вы легко можете себе представить, – холодно отозвался Бут, – в моем ведомстве тоже сейчас порядочный хаос творится. – Он понаблюдал, как Редер прикладывает большой палец к замку, отпирая дверь, а затем первым туда прошел. Сразу за дверью он оглянулся на коммандера, после чего снова двинулся вперед, чтобы все-таки впустить в каюту ее хозяина.

– Пожалуйста, присаживайтесь, мистер Бут, – невозмутимо предложил гостю Редер, как будто только что чуть не наткнулся на этого психа, когда он вдруг замер в проходе. – Итак, что у вас ко мне?

– У меня к вам вопросы, – сказал Бут, исподлобья глядя на Редера.

«Отлично, черт возьми, – подумал Питер. – У меня тоже».

– Так вы уже действительно что-то выяснили? – спросил он.

– Я бы так не сказал, – скромно запротестовал шеф контрразведки. – Я сказал «у меня есть вопросы».

Внезапно до Редера дошло, что шеф контрразведки живет в детективном романе, являясь там к тому же обложенным со всех сторон врагами героем. «Отлично, – подумал он, – это именно то, что требуется. Разновидность твердолобого цинизма, согласно которой все на свете в чем-то виновны. Теперь дело пойдет. Кроме того, подобное отношение подразумевает, что все детали, не соответствующие текущей фабуле, должны быть отброшены в сторону. Этот парень бесед не ведет – он лишь готовые диалоги цитирует. – Тут Питер позволил себе мысленный вздох и откинулся на спинку стула. – Пожалуй, мы успешней продвинемся, если я в роль войду».

– Начнем, – предложил он.

Бут сузил глаза и небрежно закинул ногу за ногу.

– Расскажите мне все, что вы знаете о лейтенанте Роббинс, – напористо произнес он.

– Все, что я о ней знаю, достаточно полно представлено в ее личном деле. Если вкратце, она прекрасный специалист и не слишком человечная персона. – Редер развел руками. – Я здесь совсем недавно, мне нужно было массу всего нагнать, а лейтенант Роббинс откровенностью не отличается. В целом, однако, она произвела на меня благоприятное впечатление. Просто она не из тех, кто умеет с людьми обращаться. – «Про это тебе даже двое самых пылких ее приверженцев расскажут, – подумал он. – А я при этом ни в чьи ряды не встаю».

Так ему казалось уместным.

Внимательно изучая коммандера, Бут правым указательным пальцем постукивал по столешнице.

– А как насчет остальной команды обслуживания? – спросил он.

Редер пожал плечами.

– С ними я в том же положении. Просто не было времени по-настоящему кого-то узнать. Черт возьми, мне и с вами хотелось поговорить практически с тех самых пор, как я сюда прибыл, но шансы у меня были только на то, чтобы на капитанском обеде поздороваться.

Глаза Бута сверкнули, и он энергично подался вперед.

– Вы хотели меня видеть? – Он искоса глянул на Редера. – Зачем?

– У меня были вопросы в связи со смертью коммандера Окакуры. Например, что именно выявило расследование. Я слышал, что несчастный случай произошел из-за дефектного бортового компьютера. – Питер тоже подался вперед, уперев локти в стол и сложив перед собой ладони. – Учитывая этот последний инцидент, я был бы вам очень признателен, если бы вы поделились со мной той информацией, которой вы, возможно, располагаете. Мне нужно знать, чего именно следует опасаться!

Бут склонил голову, прищурился и поджал губы.

– Голые факты, которые вам изложили, – это, по сути, все, – сказал он и развел руками. – Бортовой компьютер вышел из строя. Случай, разумеется, был не такой серьезный, как сегодня.

«Уверен, что Окакура бы с этим поспорил», – подумал Редер.

– А сбой был технический или программный? – спросил он вслух.

– Мне сказали, что программный, – ответил Бут, явно испытывая неловкость. – Хотя в этом, разумеется, пришлось положиться на слово лейтенанта, поскольку главным экспертом по делу была она. Нам вроде как пришлось вынести вердикт о несчастном случае. Понимаете, что я имею в виду?

Редер неуверенно хмыкнул. «Неудивительно, – подумал он, – что капитан захотел, чтобы я провел расследование. Этот обалдуй явно палец о палец не ударил».

– Так когда я смогу получить обратно своих людей? – спросил он. – Лишние руки мне бы сейчас не помешали.

– Мы все еще их допрашиваем. Команду обслуживания я, вероятно, завтра отпущу. Но лейтенанта я намерен оставить под арестом.

– Вы действительно кого-то из команды обслуживания подозреваете? – спросил Редер, морща лоб. «Даже если Роббинс отличной подозреваемой выглядит, – подумал он, – это ведь не обязательно должно распространяться на всех, кто того «спида» касался».