Шрифт:
– Великолепно! – шепотом похвалил он. – А я вас ждал.
– Здесь мы! – доложили оба вновь прибывших.
– Следуйте за мной.
Плотник и угольщик повиновались.
Подойдя все к тому же месту в стене, где перелезли Жюстен и генерал, Сальватор остановился.
– Это здесь, – сообщил он.
– Ага! – промолвил Жан Бычье Сердце. – Надо перемахнуть через этот забор, так?
– Вот именно. Сейчас мы вам покажем, как это делается, дружище Жан, – пообещал Сальватор. – Ко мне, Роланд!
Пес подбежал к хозяину и вспрыгнул передними лапами на стену.
Сальватор приподнял собаку на высоту стены: пес зацепился когтями за верхушку и, оттолкнувшись задними лапами, спрыгнул в парк. Сальватор подпрыгнул, ухватился рукой за стену и, подтянувшись, сел верхом на каменный гребешок.
– Теперь ваша очередь! – сказал он.
Двое приятелей окинули взглядом возвышавшееся перед ними препятствие.
– Дьявольщина! – выругался Жан Бычье Сердце.
– Как?! Ты, плотник, мастер мастеров и всеобщий учитель, спасуешь?..
– Если Туссен Бунтовщик не боится, что я раздавлю его в лепешку, и подставит мне руки, – отвечал Жан Бычье Сердце, – я бы, пожалуй, мог взобраться.
– Я-то не боюсь! – заметил Туссен Бунтовщик.
– Предупреждаю: я вешу сто пятьдесят килограммов, Туссен, – проговорил Бартелеми Лелонг.
– Это чуть больше, чем два мешка угля, – заметил Туссен, – а мне и по три приходилось поднимать. А вот как я сам перелезу?
– Дай только мне залезть и больше ни о чем можешь не беспокоиться.
– Ну давай поднимайся! – предложил Туссен.
Угольщик помог Жану Бычье Сердце, как за четверть часа до этого Сальватор помог Жюстену и генералу.
Через несколько секунд Жан уже сидел на гребешке стены против Сальватора. И было самое время! Как бы мало времени ни заняло восхождение, Туссен начал сгибаться под тяжестью гиганта.
– Готово! – бросил Жан.
Он вынул из кармана веревку и завязал на конце петлю.
– Держись-ка, – приказал он Туссену, да покрепче!
Туссен ухватился за веревку.
– Держишься? – спросил Жан Бычье Сердце.
– Да.
– Крепко?
– Не беспокойся.
– Ну, поднимаю!
И, подтянув одной рукой веревку, другой он схватил Туссена за воротник бархатной куртки и, словно ребенка, посадил рядом с собой на гребень стены.
Туссен хотел было ухватиться руками за стену.
– О, это ни к чему, – остановил его Жан Бычье Сердце.
Он подхватил угольщика под ноги, перенес его через стену и, вернув его снова в вертикальное положение, опустил в парк.
Он приготовился последовать за ним.
– Теперь моя очередь!
Но Сальватор положил руку ему на колено, будто прося тишины.
– Слушай-ка! – сказал он.
– В чем дело?
– Тсс!
Издалека доносился топот лошадиных копыт.
Он становился все ближе.
Затем раздалось ржание.
Подавал ли это голос скакавший галопом конь или заржала одна из лошадей, запряженных в коляску? Сальватор не мог это определить, потому что тень всадника возникла в это время недалеко от того места, где был спрятан экипаж.
Всадник стремительно приближался.
– Ложись, Жан! Прыгай! – приказал Сальватор.
Жан Бычье Сердце тяжело перевалился через стену.
Как это было однажды, Сальватор повис на руках, уцепившись за гребень стены и высунувшись поверх забора так, что его не было видно.
Всадник проехал мимо, завернувшись в плащ.
Но Сальватор узнал в нем Лоредана де Вальженеза.
– Это он! – выдохнул Сальватор.
И он бесшумно спрыгнул на землю, а Роланд глухо зарычал.
– В путь! – приказал Сальватор. – Времени терять нельзя, если только мы уже не опоздали.
Сальватор поспешил через парк, два человека последовали за ним.
XXXV.
Ночь комиссионера
Где находились Жюстен и Мина? Вот в чем заключался вопрос.
В те дни, когда Мина ждала Жюстена, она держалась неподалеку от скамейки, где впервые Сальватор увидел девушку. Но еще ни разу Жюстен не являлся без предупреждения:
расставаясь, молодые люди договаривались о следующей встрече.
Сальватор побежал в сторону замка. Генерал, спустившийся вместе с Жюстеном, последовал раньше за школьным учителем.