– Ты пойдешь когда-нибудь или нет? – спросил я потише, с сожалением припоминая, как еще недавно боролся за нее, когда начальник следственной части поставил вопрос о лишении меня секретарши.

Ссорились мы в последнее время регулярно. Это всегда было прелюдией страстного примирения в ее полутемной квартирке. А поводом обычно служили мой застой в делах либо ее неудачи в личной жизни.

Она не оставляла мысли о том, чтобы заполучить меня в качестве законного супруга. Сегодня это совпало с моим расстройством по поводу бездарного расследования двух убийств.

Я смотрел, как она идет к двери, плавно и невозмутимо, потом подошел к ее компьютеру и взял банку сока, предварительно ее осмотрев. Однажды я вот так же допивал из ее фужера, и ее губная помада перешла на мои губы. Как это заметила жена – при свете ночника, в полутемном коридоре, когда я вернулся с «товарищеского ужина», – остается загадкой.

Мало того, она определила номер этой помады, а также была прекрасно осведомлена, что именно ею пользуется Лара.

Никогда бы не подумал, никогда бы не заподозрил в своей жене, преподавателе музыкального училища, отменные способности следователя. С кем поведешься – другого объяснения я не нашел.

С трудом загладив этот конфликт с помощью безупречного алиби, чему я научился у своих подследственных (думаю, они гордились бы мной), я дал себе зарок больше не подставляться.

Лара вернулась через полчаса, хотя до библиотеки туда и обратно можно было дойти за пять минут, когда в комнате за дверями моего кабинета все уже были в сборе.

Наверное, перекурила с кем-нибудь в коридоре или забежала на чашку кофе к подружкам в канцелярию следственной части.

Положила мне на стол подшивку и опустила глаза, сложив губы бантиком, а руки на животе. Ни дать ни взять – проштрафившаяся школьница, вызванная к директору.

– Долго ходишь, – сказал я сварливо.

Я добавил бы кое-что еще, если бы физически не почувствовал, как замерла и остановилась жизнь за дверью моего кабинета, где прекратился даже писк компьютеров, – все прислушиваются к нашему разговору.

Для всех наши с Ларой отношения – «Санта-Барбара» на рабочем месте. Нечто такое же бесконечное и неопределенное.

Лара ничего не ответила на мой упрек и вышла.

Я рассеянно перелистал последние номера. Вот, кажется… В связи с переходом на другую работу… Само собой. Эти люди без теплого местечка не остаются. Когда вышибут вас, Александр Борисович, никто здесь не всплакнет в платочек. Лара утешится с новым шефом. А все потому, что вы не являетесь держателем опасной для тех, кто на прощание пожмет вашу руку, информации.

Так. Курировал… Был замечен там-то… Хм. Сторонник силового решения чеченской проблемы. Я тоже сторонник. Правда, не столь бездарного.

Бандит должен быть разоружен и наказан. Мне страшно смотреть на географическую карту отечества, где оно выглядит огромным быком, напоровшимся на кавказский кинжал.

Дальше. Нефть… Уже теплее. Разные там льготы и квоты. А так – ничего особенного. Сняли и сняли. Нужна свежая кровь. Как для хирургической операции. Всего и делов-то…

Из магнитофонной записи допроса свидетеля С. А. Горюнова:

Г р я з н о в. Итак, начали. Говорите прямо в микрофон, если не трудно.

Г о р ю н о в. Раз, раз… Слышно?

Г р я з н о в. Слышно, слышно. Идет запись.

Г о р ю н о в. Так вы спрашивайте!

Г р я з н о в. Мне показалось, что вы сначала хотели сделать какое-то заявление.

Г о р ю н о в. Лучше спросите что-нибудь.

Г р я з н о в. Как вы познакомились с покойным Салуцким?

Г о р ю н о в. Я приехал в Москву после службы в армии… Почти никого не знал. Ну он мне помог. Познакомились в бильярдной.

Г р я з н о в. Минутку. Вам же грозила тюрьма?

Г о р ю н о в. Да. И он мне нашел хорошего адвоката.

Г р я з н о в. Напомните, в чем вы обвинялись.

Г о р ю н о в. Я учился в консерватории. Отец моей девушки работал там проректором. Словом, она забеременела. Я отказался немедленно на ней жениться. Сопляк еще был. Не представлял, что и как. И папочка меня выгнал. Потом загремел в армию… Ну и…

Г р я з н о в. Понятно. Решили поквитаться?

Г о р ю н о в. Вроде того. Вернее, объясниться. Взглянуть на ребенка. Похож или нет. Меня не впустили. Она уже вышла замуж за какого-то преподавателя. Я стал выступать. Они вызвали милицию. Пришлось помахаться.

Г р я з н о в. Понятно. Состояние аффекта.

Г о р ю н о в. Мой адвокат сказал то же самое.

Г р я з н о в. А с чего вдруг он стал вам помогать? Я говорю о Салуцком?

Г о р ю н о в. Сначала я ему помог. Он вчистую проигрался. Ну я вижу, человек переживает… Подкинул ему бабок.

Г р я з н о в. А у вас, простите, после армии, откуда были деньги?

Г о р ю н о в. Коммерческая тайна. Могу я так ответить?

Г р я з н о в. Можете, конечно. Если желаете, чтобы я подозревал вас еще больше.