Татьяна Борисовна прожила там всю свою активную жизнь. И вот под старость, когда уже развалился Советский Союз, умер муж, приехала в Россию. Пока жила за границей на долгом оседании, умерли в России ее родители. Ни знакомых, ни друзей. Ни детей… Мужа ведь так и не полюбила. Хотя и прожила с ним всю жизнь. Они были просто друзьями…

По праздникам ее изредка навещают ветераны из СВР. Поздравляют.

— Посидим-покалякаем. О политике, конечно, — подперла она сухонькой ладошкой щеку. — О чем еще русскому человеку говорить?

Да-а… Это ж кем надо быть, чтобы так вот загубить свою молодость, а потом еще под старость вернуться на помойку?!

— Скажите, Татьяна Борисовна… А вот начать бы все сначала — пошли бы снова в разведку?

— Честно сказать, ни за что.

— Почему?

— Романтика по молодости была. А на самом деле — это тяжелый труд. И за весь этот труд — вот это… — Она обвела взглядом убогую комнатку. — Ни за что не согласилась бы… Вот так. — Она вздохнула. — Ну, что еще вы хотели бы узнать, молодой человек?

— А как вообще попадают в разведку? Вы сказали: пригласили. А что потом?

Татьяна Борисовна достала из ящичка в столе несколько листков бумаги:

— Вот на такие анкеты, например, отвечать надо. Претендент должен соответствовать…

Я взял первый листок и вчитался. С виду обычная анкета. Но если вчитаться!..

Не поручусь за достоверность буква в букву, но смысл вопросов и возможных ответов запомнил. Такое разве позабудешь!

ВОПРОС: Если вам приставят пистолет к виску, то вы:

a) Живо поинтересуетесь маркой и калибром пистолета.

b) Громко рассмеетесь.

c) Готовы поседеть и состариться, ожидая помощи правоохранительных органов.

Ремарка: Если выбран ответ «с» —вы в высшей степени наивный человек. И делать вам в разведке нечего.

ВОПРОС: Что вы знаете о разведке?

а) Ничего не знаю.

b) Немного знаю, но хотелось бы побольше.

с) Не интересуюсь вообще.

Ремарка: Если выбран ответ «а» — вы что, не смотрели про Штирлица? И не умеете читать? Если выбран ответ «b» — как долго вы работаете на ЦРУ? Если выбран ответ «с» — тогда какого хрена вы сюда приперлись?

ВОПРОС: Что вы знаете о секретной методике «имбаршанской борьбы»?

Ремарка: Если ничего не знаете, то почему? Если знаете, то вам надо не в разведку, а к психиатру.

ВОПРОС: Всегда ли вы уверены, что знаете, где у вас правая и левая рука?

Ремарка: Если всегда, то вы что, самый умный? Если не всегда, то вы неуверенный в себе и мнительный тип.

ВОПРОС: Что вы делали в октябре 1917 года?

a) Колебался.

b) Не успел родиться.

Ремарка: Если выбран ответ «а» — обратитесь в ближайшее следственное управление КГБ за получением наказания.

Если выбран ответ «b» — не слишком-то вы спешили на помощь революционному пролетариату!

ВОПРОС: Солнце, на ваш взгляд:

a) Играет роль торшера.

b) Не играет.

c) Забыл.

Ремарка: Если выбран ответ «с» — откуда у вас эти секретные данные?

Я вернул листок Татьяне Борисовне. Пока я читал вопросы, они вместе с профессором внимательно наблюдали за моей реакцией. Они меня разыгрывают, что ли? Или издеваются, как пионер над котенком?

— И… как надо отвечать на все эти вопросы?

— Честно надо отвечать, — поджала губы старушка. — В разведке лукавства не любят.

— Но на эти вопросы ответить невозможно! При любом ответе человек окажется в дураках!

— Ага! Так с юмором надо отвечать. Импровизировать. Излишне серьезные люди разведке тоже не нужны.

Старушка глянула на профессора, и они оба расхохотались.

Я вертел головой, ожидая пояснений. Старушка и пояснила:

— Каждый кандидат в разведчики должен обладать чувством игры. Разведка — она ведь как театр. Только люди в нем — артисты и контрразведка. Артисты кривляются на сцене, контрразведка страны пребывания внимательно следит за игрой. Стоит сфальшивить — и ты уже в наручниках. Иначе на нашей работе никак. Подохнуть можно с тоски.

— Еще такой вопрос. Как много работало или работает наших разведчиков? В Европе, например? Ну, таких, как вы?

— А кто ж знает!

— Ну, десятки?

— Пожалуй, десятка два — это точно. Может, и больше.

— Немало!

— Так ведь и интерес к Европе большой. Я вам вот как скажу, Алексей. У нас в Германии была специальная база, куда без специального разрешения из Москвы не могло попасть даже командование базы. А на территории самой базы находился учебный центр под названием «Объект 31». Туда не только начальство базы, но и сами спецы не имели права заходить без разрешения все той же Москвы.