За окном мерцало воскресное утро. Я сидел на кухне. Пил чай. Мысленно пересчитал деньги, полученные при расчете. Да, на работу надо устраиваться как можно быстрее. Иначе меня ждет личный финансовый крах. А пока надо подумать, от чего бы такого отказаться, чтобы сэкономить. Я и так уже отказался от много. Ем макароны, супчики из пакетов. В рестораны, кино и театры не хожу. Книги читаю в электронном виде. Девушки тоже нет…

Или курить бросить? Ну не-е-ет! Я прошел в комнату и завалился на диван. В воскресенье искать работу бессмысленно. Кроме того, должен позвонить и подъехать Колчин. Если, конечно, его семейные дела отпустят.

Я уже говорил как-то где-то, что Судьба всегда предпочитает звонить мне по телефону. Она представляется по-разному. То моим редактором, то знакомым из ФСБ, то еще кем-нибудь. Наверняка они думают, будто сами проявляют инициативу. Но действуют по прямому указанию Судьбы. Телефон на тумбочке у дивана пробрало мелкой дрожью, и он противно заверещал. Ага!

— Але?! — сказал я трубке, думая о Колчине.

— Вот те и але! — ответила трубка. — Поздно, нах, алекать!

— Не понял, — приподнялся я на локте.

— Хрен ли понимать, Леха! — Тут я узнал голос Лучкова из ФСБ. — Собирайся! Тут у нас новое грандиозное мероприятие!

— Не могу.

— Почему?!

— Уволили меня, на фиг!

Серега присвистнул:

— М-да… Может, тебе помочь как?

— А как? Пристрелить главного, что ли? Он и так уверен, что я специально натравил вас на него, чтобы потом занять его место.

— Вот как?! — хрюкнула смешком трубка. — А это мысль!

— Хреновая мысль! — в сердцах гаркнул я.

— Ладно-ладно. Вижу, ты не в духе. Давай, как все наладится у тебя, сам позвони мне.

Не дождешься! Я дал отбой. Вот тебе и Судьба. Не судьба… Я включил телевизор и попал на новости. Ведущий рассказывал о всякой ерунде, которую обычно ставят в программу, чтобы как-то забить время. Лето на дворе. Политических событий — ноль.

Снова заверещал телефон. Я усмехнулся. Нелегкая у тебя, телефон, работа! Кому понравится, когда тебе в задницу электрическим током тычут по нескольку раз на дню? А все для чего? А чтобы кто-то другой по тебе ушами поелозил.

— Привет, Саш! — бодро сказал я, надеясь, что теперь-то это Колчин.

— Это Григорий Алексеевич.

Я нахмурился. Вот уж не помню: давал я ему свой домашний телефон?

— Чего поделываешь? — спросил профессор. — Как статья?

Вот как? Разве мы перешли на «ты»?

— Сижу на животе и слушаю, как волосы на спине растут. Статья накрылась. Меня уволили.

— Оригинально! И в знак протеста ты решил отрастить волосы на спине?

— Вроде того.

— А я хочу предложить тебе познавательный вечерний променад по Москве. Покажу еще кое-что интересное.

— Я ж говорю, уволен я! Все дела пока приостанавливаются. Мне работу искать надо.

— Ха! На ловца и зверь брюзжит, не только жена! Мне позарез нужен толковый журналист. А ты как раз свободен! В общем, подтягивайся ко мне… Нет, не так. Буду ждать возле рынка у метро «Выхино». Скажем, через два часа. На месте все расскажу, познакомлю с очаровательной старушкой-разведчицей. Надень костюм. Все-таки дама…

Да ну вас всех! Я положил трубку. Ну вас всех! Я открыл шкаф и осмотрел свой гардероб. Ну вас всех!

Гм, с костюмом некоторая проблема. Деловой стиль — что-то вроде плохой приметы для меня. Стоит надеть костюм, как я обязательно через пару часов напьюсь вдрабадан. И ничего поделать с этим нельзя. Так уж сложилось по жизни. Причем я ведь не стремлюсь напиться именно в костюме, не бегу покупать спиртное, не ищу встреч с собутыльниками. Даже если надену костюм и специально не возьму с собой ни копейки, все равно обстоятельства сложатся так, что к вечеру буду пьян в стельку.

Ну вас всех! Я решил побороться с роковой для меня приметой.

Во-первых, отправляюсь-то я к старушке. А я уже отправляюсь? Гм, да… Она ж не алкоголичка, все-таки ветеранша разведки!

Во-вторых, профессор Вяземский пьет мало, сам видел.

В-третьих, речь идет о моей работе. Негоже напиваться с работодателем в первый же день!

Так что есть шанс выиграть бой с роковой приметой.

За десять минут до встречи с профессором я уже стоял на пятачке между рынком и входом в метро. Бабушки с колесными авоськами штурмовали станцию «Выхино». Куда они ехали, не знаю. Где та конечная станция, где собираются эти бабушки, — тоже тайна. В какой район Москвы я ни попадал, возле каждой станции всегда толпы этих старушек. Каждое утро, словно по чьей-то незримой команде, они хватают наполненные чем-то авоськи и со всех концов Москвы несутся куда-то.