— И ты бы хотел, чтобы я наблюдала, как ты умираешь вот так?

— Нет. Но если это случится, знай: я умираю так, как захотел. Как воин моего народа.

И Тагай снова протянул к ней руки. Анна тут же отступила назад. Совершенно другим голосом, монотонным и невыразительным, она проговорила, не глядя на него:

— Твоя тетка умирает. Ты придешь? Он знал, что Гака больна, но и только.

— Да. Прямо сейчас.

— Давай я пойду вперед и подготовлю ее.

И девушка зашагала по берегу.

— Анна! — Он рванулся следом. — Подожди!

Она остановила его жестом поднятой руки.

— Не надо, — выговорила Анна, а потом быстро скользнула между валунами и исчезла.

Тагай повернулся обратно к реке, но теперь игра света на водной поверхности не доставляла ему никакой радости. Между ним и Анной возникла стена, и казалось, ежедневно один из них добавляет в эту стену еще по камню.

«Что бы я ни делал, мне нужно позаботиться о том, чтобы она была в безопасности. Чтобы, когда „Морское перо“ вернется, Жаке мог увезти ее обратно во Францию».

Внезапно мысль о разлуке с Анной глубоко опечалила его. А потом он снова услышал хруст шагов по гальке.

«Она вернулась! — обрадованно подумал Тагай. — Скажи ей те слова, которые тебе так необходимо сказать!»

Однако по берегу к нему ковылял Сада.

— Что случилось, Тагай? Ты не похож на человека, который пожрал сердце врага!

— Мне нужно кое-что сделать.

И молодой Медведь хотел обогнуть Саду, но приложенная к его груди ладонь заставила его остановиться.

— Тебя вызвали на совет.

Тагай удивленно посмотрел на своего двоюродного брата.

— На совет? А мне казалось, что там собираются только вожди и старейшины.

Сада хмыкнул.

— Именно так и бывает — в обычное время. Но, как ты сам видишь, сейчас время необычное. — Он указал за плечо Тагая на реку, куда вернулись каноэ врага. — Да и кроме того, Медвежонок, как боевой вождь своего рода ты просто обязан там присутствовать.

— Что ты говоришь, Сада? У тебя мозги запеклись на солнце! Я не боевой вождь.

— А кто выполняет эту роль в роду Медведя? Тагай немного подумал.

— Его ведь убили во время обороны одного из поселков, так? А его преемника должны назвать завтра, во время пира в честь полнолуния. — Тагай улыбнулся. — Его преемник — ты, Сада.

— Ты прав — и ошибся, и опять прав, и опять ошибся. Я понимаю, почему ты запутался. — Сада опустился на землю. — Мне надо сесть, потому что нога, которую я подвернул, помогая тебе выиграть тот бег, все еще болит. А! — Он принялся растирать себе щиколотку. — Вот одна из причин, по которой ты прав и ошибся. Я должен был стать боевым вождем. Но когда вождь избирается, ему положено сразу же идти воевать. Война ждет нас, — он махнул на кружащиеся по воде каноэ, — но нога не позволяет мне выступить. Нынешним утром род Медведя собрался. Это случилось, пока ты спал. Решение принято. Ты пойдешь вместо меня.

Тагай плюхнулся на землю рядом со своим братом.

— Вы с ума сошли! Вы все. Есть много воинов достойнее меня. Я даже не обучен воевать как тахонтенрат.

— Да. Но боги благосклонны к тебе. А это — важнее, чем умения. — Сада протянул руку и положил ее Тагаю на плечо. — Ты победил на суде близнецов и убил своего врага. Ты носишь оки Доннаконны. Твой отец был очень опытным боевым вождем, как и твой дядя, Тододахо. И главное, Тагай, толкователи снов нашего племени давно говорили об Охотнике Рассвета, который вернется, когда у нас будет большая нужда в нем. Ты и есть этот Охотник.

Сада принес с собой большой мешок из оленьей кожи и теперь запустил в него руку.

— Это — вампумный пояс боевого вождя нашего рода. С этими словами он протянул Тагаю переплетенные шнуры с бусинами.

— Сада, это безумие!

Не отвечая, Сада повесил бусы ему на шею.

— Теперь на совете тебя будут называть именем, которое передавалось от вождя к вождю с той поры, когда в эти леса впервые пришли Олени. Это имя — Тонесса. Оно означает «Охраняющий». А это, — добавил он, извлекая из мешка длинный кусок резной палки, — наша трубка.

Он вручил ее Тагаю, не слушая его протестов.

— Вот «Стрела, летящая верно». Она — первая, которую пускают в ряды противника.

— Сада! — снова попытался заговорить Тагай.

Его двоюродный брат уже поднимался на ноги.

— Позже произойдет церемония, но сейчас на нее нет времени. Ты должен идти на совет. Они размышляют уже долго, а ответа все еще не нашли.

Тагай посмотрел на трубку, которую держал в одной руке, на стрелу, зажатую в другой, на бусины, висящие у него на шее.